Пленница

Столики и барная стойка ломятся от напитков, гостей и правда толпа.

Исса подзывает официанта и заказывает два виски. Осушает свой стакан в один глоток и кивает на мой, призывая поторопиться.

- Что мы здесь делаем? Где Адам? Мне плохо, меня тошнит, у меня болит все тело и я хочу уйти. Мы же сможем отсюда уйти?

- Алтай считает, что тебя нужно беречь от всего на свете. Но я, видишь ли, считаю иначе. - Он разводит руками. - Наслаждайся самым дорогим баром юга.

Спустя примерно полчаса мы спускаемся в подвал по кривой неудобной лестнице. Ощущение тошноты усиливается, меня начинает мучить неизвестная прежде клаустрофобия, но я слишком устала, чтобы переживать и из-за нее тоже.

Несмотря на пережитый шок, мой мозг умудряется включиться, и в глубине души я уже знаю, что увижу.

Знаю, но оказываюсь совершенно не готовой."

"Подвал огромный! Боже, как они умудрились вырыть такой? По документам здесь ничего нет, я в этом больше чем уверена.

В центре расположен профессиональный боксерский ринг, освещенный софитами, по которому разгуливают абсолютно голые красотки. Официантки в мини разносят напитки.

Гости рассаживаются по местам, но большая часть толпится у стола со ставками. Туда мы и направляемся.

Иссу узнают и пропускают. Точно так же на него пялились на вечеринке отца, когда я только вернулась из столицы. Некоторым он кивает, приветствий других демонстративно не замечает.

Достают из кармана крупную сумму денег.

Я поднимаю глаза и читаю на стене: Алтай/Ваня-Молот.

***

Гул в висках усиливается, атмосфера давит на плечи, и мне не хватает кислорода.

Исса без зазрения совести толкает меня в передние ряды, и мы оказываемся буквально в паре метров ринга. Его глаза пустые, он не замечает ни моделей, ни окружающих. А я...

Я, наконец, оживаю. Хватаю его за плечо и шепчу на ухо:

- Савелий, это нужно остановить. Савелий, так же нельзя. Не надо. Пожалуйста.

- Вон видишь тот угол? - он показывает пальцем. - Я стоял там, когда у Алтая был последний бой. По периметру дежурит охрана. Сейчас они пока прохаживаются, но потом займут позиции, никто не посмеет подойти к рингу. Но вон в том углу, стояли ребята Зимы, они каким-то образом передали своему бойцу стекло.

Не снимая капюшона, я оглядываюсь. Всюду возбужденные глаза, азарт, нетерпение.

Сердце болит, бьется.

- Мне страшно.

- Можешь подождать на улице, если хочешь, - говорит Савелий.

Ударяют в гонг, и на ринг выходит ведущий. Толкает долгую речь, по итогам которой желающий повышают ставки. Зал взрывается нетерпением. В следующий момент на ринг забирается огромный мужчина в боксерский трусах. Поднимает руки.

На другом конце я вижу Адама. Узнаю мгновенно, но в следующую секунду как будто сомневаюсь. Это он и как будто не он, одновременно. Какая-то другая версия, из параллельной Вселенной.