Пленница

Рада забеременела в тот вечер, когда он грубо взял ее в черепашьем притоне. Это была его вина, он пренебрег правилами. Она так боялась сказать ему, трогательно нервничала. А потом, когда он отреагировал положительно, радовалась. Врач сказал, что срыв первой беременности может быть вариантом нормы, что стоит отдохнуть несколько месяцев и попробовать зачать еще раз. Что стресс — плохой спутник беременности. Алтай был все время рядом с ней, он действительно старался, потому что так ощущал, но как будто делал хуже.

- Яльцев приватизировал тот цех еще в девяностые. Как следует не оформил, об это узнали адыгейцы. Пацаны приехали на трех тачках.

- Хотели отжать?

- Ага, он попросил у нас помощи. Мы приехали, отбились. Почти... без потерь. Потом, кстати, сдали этот цех твоему отцу. За год накопили денег, дали в долг. И пошло поехало.

- Отбились — это как? Стреляли? - она прицеливается указательным пальцем. - Пиу-пиу.

- Стреляли, малышка.

- Страшно было?

- Очень. - Он целует ее в лоб.

- Ты всегда прямолинеен.

Он вдыхает ее запах и сознательно закрывает глаза, чтобы ощутить аромат кожи полнее.

От любит, как она пахнет, как выглядит, говорит, смеется. Он сам слово «любит» использует часто и легко, поэтому не понимает, как назвать то, что ощущает сейчас."

"Его сердце колотится быстрее. Он целует ее ладонь, потом касается губами шеи. Сжать бы ее в объятиях и целовать. Целовать-целовать-целовать, любить, к себе прижимать чуть ли не до смерти, чтобы душа горела. Ему нравится в ней все. Он давным-давно сознательно опошлил слово «любовь», и теперь у него нет подходящего определения для того, что с ними двумя происходит.

Рада чуть отклоняется, и он смотрит на огонь. Ее капризы, негативные реакции, плохое настроение - его не раздражают.

В камине весело хрустят дрова. Ветер с гулом врезается в окна.

- Адам, я справлюсь. Мне нужно еще немного времени, прости, пожалуйста.

- Перестань извиняться, - раздражается он.

- Я тебя люблю, - шепчет она.

Следующим утром он просыпается от шума ветра за окном. Забор в этот раз не должно свалить, он хорошо его укрепил.

Не открывая глаз, Адам поворачивается к Раде. Привык, что она горячая, мягкая рядом беззаботно дрыхнет. Притягивает к себе и вдыхает ее запах. Тело реагирует мгновенно, он закрывает глаза и прижимается кубами к бархатистой коже.

Ответную реакцию он расценивает как положительную, и накрывает руками грудь. Она выгибается, подставляя ему ягодицы, сердце тут же ускоряется. Шпарит болезненными ударами о ребра, у него внутри столько жара, что он может все здесь испепелить. Он буквально весь оживает.

Оттаяла?

Они ласкают друг друга, Рада обхватывает рукой член, а потом ныряет под одеяло. Нежные губы и ловкий язычок, тягучие сочные поцелуи, усиливающиеся ласки.