Пленница

***

- Тебя вписывать, кстати, в график готовки? - сквозь смех уточняет Надя. - Я понимаю, что тебе нужно было время освоиться и все такое, но вообще-то горничные в отеле всегда готовили по очереди."

"Я смотрю на экран телефона, сообщение папе так им и не прочитано, и начинаю злиться. Пишу его жене:

«Лизавета, добрый день! Папа не отвечает, с ним все в порядке? Вы же не забыли, что я жду ответ, и что прошла неделя».

Прочитано. Тишина. Ах ты гадина. Я сжимаю зубы и отправляю такие же сообщения сестрам. После чего Лизавета, все же, снисходит до ответа:

«Не втягивай в это моих девочек.

Папа позвонит попозже, он в банке».

Не втягивать? В памяти всплывают слова Алтая: зачем марать все руки, если можно ограничиться одной парой? Становится не по себе. Вот значит, как.

Губы дрожат. И чтобы не разрыдаться при всех, я отламываю ломоть черного хлеба, подхватываю кусочек сала, и ложкой зачерпываю суп.

***

Вечереет. Когда солнце окрашивает небо в малиновые краски и касается синего горизонта, к сгоревшему вагончику подъезжают три джипа.

Мы с Надей, Анатолием и Светланой перемещаемся на самую высокую точку отеля и вытягиваем шеи.

У Светланы самая лучшая камера на телефоне, управляющая направляет ее на сгоревший вагончик, многократно увеличивает и мы, затаив дыхание, наблюдаем, как из джипов выходят братки — татуировки, кожаные куртки, которые для стиля, а не согрева. Один из них, вчерашний дед, принимается бегать вокруг испорченного имущества, орать и махать руками.

Я хищно улыбаюсь.

Спустя несколько минут с территории Алтая выдвигается делегация.

Алтай одет в черный льняной костюм и кожаные шлепанцы, такое ощущение, что он нехотя вылез из гамака и не планирует долгий разговор.

Исса выглядит так, будто через час ему выступать в суде, остается лишь гадать, как сильно запылятся его начищенные до блеска туфли. Марат в полицейской форме и еще пять человек, которых я прежде не видела. Гриши среди них нет.

Я стараюсь не пялиться на Алтая, который вызывает сумбур в душе, и концентрируюсь на Иссе. Его легкой уверенной походке.

Они все встречаются на полпути. И если вчера Исса держался поодаль и молчал, сегодня наступает его время.

Глаза служителя Фемиды не видели, как мы поджигали вагончик, они, наверное, блестят жаждой правосудия.

Исса начинает вещать, жестикулируя.

Кира сидит рядом с Алтаем и внимательно слушает.

Я улыбаюсь, наблюдая за ними. Команда. А еще я думаю о том, что автопати с Алтаем была пьяной ошибкой. Мне стоит поучиться у Савелия Андреевича уходить вовремя.

Я смотрю на часы, от папы по-прежнему нет сообщений.

- Смотрите-смотрите, щас будет драка! - с восторгом восклицает Светлана.