По краю безумия

Но эйфория и адреналин зашкаливают, не оставляя мне сил остановиться.

— Тихо, малышка, — шепчет мне на ухо, когда я теряю связь с реальностью и начинаю откровенно постанывать. — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — хрипло, голосом искусителя, шепчет мне на ухо, прикусывая мочку, задирая мою юбку, дергает веревочки моих трусиков, и те бесстыдно падают к нашим ногам. Хочется кричать, когда я чувствую его пальцы на моей влажной плоти, но до боли закусываю губы, не произнося ни звука. Тело простреливает судорога от того, что его ловкие, умелые пальцы раздвигают мои складочки и находят клитор, начиная незамедлительно его ласкать. Сама нахожу его губы, чтобы стонать в них, обвиваю одной ногой его бедро, раскрываясь перед ним еще больше. Впиваюсь пальцами в его волосы и сильно их сжимаю от того, что по телу прокатывается обжигающая волна. А Тим безжалостен, ускоряет движение пальцев, начиная интенсивно, круговыми движениями массировать клитор, не прекращая поглощать мои стоны и сжимать мои соски. Я чувствую, как он сам напрягается, как каменеют его мышцы, как, буквально, рычит мне в губы от того, что чувствует, как я сотрясаюсь в его руках и бесстыдно теку на его пальцы.

— Таисия, — протяжно шепчет мое имя в губы, и мне кажется, я готова кончить только от одного его хриплого голоса. В какой-то агонии, запускаю руки между наших тел, нахожу его твердый член, поглаживаю через ткань его брюк. Внутри все скручивает до боли от того, что его пальцы подводят меня к краю нашего безумия. Еще пара движений и я кончу, от его грубых, но таких желанных пальцев. И вот, когда назад дороги уже нет и по моему телу начинает растекаться поступающий оргазм, Тим больно кусает мои губы, почти прокусывая, и отпускает меня. Хватает за талию, убеждается, что я стою на ногах и отходит от меня на пару шагов назад, награждая меня издевательским, триумфальным взглядом.

— Что…, - задыхаясь, произношу я, опираясь об стену, чтобы не упасть, оглядываясь по сторонам, и не понимаю, почему он остановился."

"— В сообщении ты просила меня наказать тебя, — ухмыляется он. — Я решил, что сегодня наказание будет таким, — делает вид, что ему все равно, но я же вижу, как он сам доведен до предела, дышит глубоко, сжимает руки, пряча их в карманах, осматривает меня с диким вожделением и голодом в темных глазах. — Поправь одежду и возвращайся на занятия, — в приказном тоне, произносит он. А мне хочется плакать, слезы, от неудовлетворенного желания, сами по себе брызжут из глаз, хочу их сдержать, но не могу. Между ног пульсирует так, что даже больно. Тело начинает трясти, как в лихорадке и я почти скатываюсь на пол. Хочу сказать ему кто он и куда ему следует идти, но я даже слова не могу вымолвить, смотря на его победную улыбку.