По остывшим следам

Смуглого человека, который крутился бы возле парня, не вспомнили. Он никому не говорил о том, что является связным, имен не упоминал, жизнь вел незаметную.

Лыков и не надеялся на удачу с этим Аггеем. Но его поразила жестокость главаря. Как легко он отнимает человеческие жизни… Что сотворила с ним судьба? Где он научился ценить голову людей в полушку? Монстр, чудовище – или жертва страшных обстоятельств, которые искалечили его душу? Иона Оберюхтин, которому самому гореть в аду, говорил, что его хозяин – черт. Пока так оно и выходит. Вязальщиков не оставляет свидетелей и опережает сыщика на шаг-другой.

Что, например, он делает сейчас? Может быть, режет горло профессору Катанову? Согласно казанскому адрес-календарю, именно Катанов является председателем Общества археологии, истории и этнографии. Поежившись от такой мысли, Алексей Николаевич устремился в университет. А Делекторскому велел помочь полиции допрашивать оставшихся в их руках членов банды Варехи.

У общества оказался собственный музей. Он расположился в корпусе историко-филологического факультета. Профессора Катанова не было, зато отыскался его товарищ, профессор Александров.

Но сначала сыщик обошел шесть комнат музея. К его разочарованию, предметы из Африки почти отсутствовали. Было много других экспонатов: старинная керамика из раскопок, античные монеты, кавказская чеканка. Лишь в последней комнате сыщик увидел предметы из Магриба. На зеленом сукне лежало массивное кольцо из змеевика. Подпись под ним гласила: «Кольцо-доспех с правой руки туарега. Предохраняет его от ударов вражеской сабли, с одной стороны, а с другой – увеличивает силу собственного удара. Предоставлено в дар музею Б. А. Люпперсольским». Рядом лежали копье с четырьмя зазубринами, кинжал и щит из кожи антилопы – вооружение туарегов. Все они также были подарены Люпперсольским."

"Фамилия дарителя была питерцу знакома. Он не раз читал в журнале «Вокруг света» интересные очерки о путешествиях по Востоку. Борис Андреевич – так звали автора. Возможно, это он? Очерки были написаны увлекательно, с большим талантом. Вот бы кого расспросить о русских в Африке! Неужели он в Казани?

Лыков отыскал профессора Александрова и завел с ним разговор о Сахаре. К его удовольствию, тот сразу адресовал его к Борису Андреевичу.

Сказал, что тот преподает географию в Родионовском институте. И сейчас скорее всего в городе, поскольку начался учебный год. А летом легкого на подъем путешественника застать трудно: он странствует по белу свету.

Родионовский институт благородных девиц относился к ведомству императрицы Марии. Учебное заведение находилось на улице, названной в его честь Институтской. Лыков поехал знакомиться с директрисой, вдовой гофмейстера Марией Львовной Казем-Бек.