Поединок. Выпуск 8

Здоровенный, с бородой!

— Фамилия? Ты же знаешь!

— А про Рому пытать не будете?

— Кто такой Рома?

— Та Фитиль!

— Пока не буду. Кто этот черный, с бородой?

— Дьякон! — глухо сказала она, уже раскаиваясь и сомневаясь. — Вин приходив. Вин же и на дило с ими ходив. А як же. А Рома — вин только сполнил.

Приказав ее увести, Гуляев посидел с минуту, обдумывая все, что узнал, и ринулся к Иншакову. Теперь в руках его была нить, и надо было идти по ней, пока не распутается весь клубок.

Уже смеркалось, когда впереди замерцали огни. Слышались собачий лай, рев скота.

— Посоветоваться надо, — сказал, сползая по склону оврага, Аристарх Григорьевич, — кабы на свою голову пулю не схлопотать.

Фитиль заскользил по мокрой глине оврага и ловко затормозил перед самым ручьем."

"Клешков последовал за ним. Аристарх зачерпнул ладонями воду, выпил из них, как из ковша, стряхнул последние капли на лицо, обтерся длинным платком, добытым из-под чуйки, и присел на свой «сидор». Фитиль наскреб палых листьев и уселся на них. Клешков стоял, рассматривая узкую балку, заросшую рыжим кустарником и заплесневелым бурьяном. Вода в ручье глухо шумела, она была темной и холодной.

Овраг уходил прямо в хмурое небо.

— Вот жизнь какая путаная, — сказал Аристарх, добывая в таинственных карманах под чуйкой спички, — сидишь в городе, так тебе этот Клещ на каждом шагу мерещится. Вышел за окраину — его днем с огнем не сыщешь. Я так скажу, — решил он, — айдате, братики, в деревню. Поведаем кому из настоящих хозяев об нашем деле, не обо всем, а так, с краешку, — он нас и сведет? А?

— Пошлепали! — сказал Фитиль. — Эй, чемурило, кончай портки просиживать!

Они вылезли из оврага и, следуя за Аристархом, дошли до первой поскотины.

Позади всех, пришлепывая отстающей подошвой и затейливо матерясь, плелся Фитиль.

— Войдем, хатку поищем поисправнее, там и сговоримся с хозяином, сообщил Аристарх, пролезая под поперечную слегу. Почти немедленно вслед за его словами из-за плетня выпрыгнул огромный волкодав и бросился им навстречу.

— Кто такие? — закричал чей-то голос.

Князев что-то медово ответил.

— Беркут, домой! — К ним не торопясь подошел мужичонка с винтовкой под мышкой. — А ну, за мной! Батько разберется прямо на сходке.

Сходка была в разгаре.

Конные, окружившие толпу, хрипло горланили. Атаман Клещ держал речь.

— Люды! — сказал Клещ. — Мы вольные казаки! Стоим за анархию и слободу! Комиссарам и чрезвычайкам пущаем юшку и ставим точку! — Он прокашлялся, лицо налилось кровью. — А шобы карать зрадников и прочую контру... — он замолчал и тупо оглядел стоящих. — Це вам усе объяснит мий главный заместитель Охрим Куцый.

Из-за спины атамана выдвинулся длинный сутулый человек в огромной карачаевской папахе, в расстегнутом полушубке, с плетью в руке.