Поединок. Выпуск 18

В этом смысле Бентли виновен в преднамеренном убийстве наравне с Крэгом. Он ведь не кричал приятелю, чтобы тот прекратил стрельбу. Ничего подобного он не сделал. Наоборот, когда его стаскивали с крыши, он сообщил об этом Крэгу. Разве его слова не означали, что можно стрелять дальше, что крыша свободна?

– Я боялся, – пролепетал Бентли, – что он попадет в кого-нибудь, в полицейского или в меня. Мы собирались грабить, но не убивать.

Защитник Крэга, адвокат Пэррис, согласился в своем заключительном слове, что его подзащитный виновен в смерти констебля Майлса. Он настаивал только на непреднамеренности убийства. В ночной темноте Крэг не мог целиться, он совершенно случайно попал полицейскому в лоб. Данный аргумент защитника был убедителен. Те полицейские, которые участвовали в операции 2 ноября, подтвердили, что до начала стрельбы луна слабо освещала место действия, а потом стало совершенно темно.

Пэррис указал, кроме того, на недействительность признания Крэга следователям Скотланд-Ярда, так как оно было сделано под воздействием медикаментозных средств; он обратил внимание на чувство ущербности своего подзащитного и его желание самоутвердиться с помощью огнестрельного оружия.

Адвокат Кэссел защищал Дерека Бентли. Его защита не удалась. Он построил ее на двух опорах, одна из которых оказалась гнилой. Присяжные смогут признать его подзащитнош виновным только в том случае, так аргументировал Кэссел, если тот на самом деле знал, что у Крэга с собой револьвер. Не следовало поднимать этот вопрос, Бентли в этом пункте уже солгал и тем раздражил присяжных. Если он сразу же, оказавшись в руках полиции, начал уверять, что уговаривал Крэга не стрелять, то он должен был знать о револьвере. Кроме того, Крэг так любил похваляться оружием, что трудно было предполагать какое-то изменение его привычек на этот раз."

"Второй аргумент состоял в том, что Кэссел собрал все факты, говорившие против роли Бентли как подстрекателя. Сам по себе этот аргумент был правилен. Но адвокат уже потерял много в глазах присяжных из-за первой уловки и, кроме того, забыл взять заключение экспертов о недостаточном умственном развитии подзащитного. Его речь не произвела впечатления.

Обвинитель, несмотря на подтвержденное обоими подсудимыми лидерство Крэга, изобразил действия обоих как равноценные. Крэг совершил преднамеренное убийство, а Бентли был подстрекателем.

– Поэтому я призываю вас, – обратился Кристмас Хэмфри к присяжным заседателям, – признать обоих молодых людей в равной степени виновными в преднамеренном убийстве.

В заключительном слове старший судья постарался разграничить глубокие причины преступления Крэга и сущность обвинения.