Поединок. Выпуск 18

– Ну, капитан…

– Да, милейший Чичиков, такова жестокая проза. Так что вам надо?

– Я хочу знать, где ваш родственник прячет драгоценности. Вы пойдете к нему… – Не надо. – Вы отказываетесь? – Нет, я просто знаю. Вам нужен план квартиры? – Да. – Кладите еще десять тысяч. – Нет. К концу бутылки они столковались на пяти.

Зоммер достал деньги, а Немировский вышел и через десять минут вернулся с планом. Зоммер хотел положить его в карман, но капитан придавил листок бумаги рукой.

– Нет, господин Чичиков, перерисуйте, я не хочу оставлять вам сей документ.

Зоммер посмотрел на него с уважением. Совсем не фраер был этот капитан. Прощаясь, Немировский сказал:

– Милый, Павел Иванович, – он словно клещами сдавил плечо Зоммера, – я в ваши жиганские дела не лезу, но учтите, скрывать вас не собираюсь, ну а если вы что-нибудь скажете, то я вас найду и застрелю. – А как вы меня разыщете?

– Вы, конечно, о Боре Корейце слышали?

Конечно Зоммер слышал о нем, да и кто в уголов ном мире империи не знал одного из крупнейших бандитов, чья шайка кроваво и удачливо грабила золотоискателей.

– Можете не отвечать. По вашим глазам я понял, что человек этот вам знаком. Когда-то я оказал ему некую услугу. Думаю, что и он не откажет мне в пустячной просьбе. Честь имею.

Колька Сафронов по кличке Сабан был больше похож на провинциального трагика, чем на налетчика, и одет был соответственно, с деловым театральным шиком. Он сидел против Рубина, пил ликер. Рюмку держал аккуратно, оттопырив мизинец правой руки, на котором поблескивало кольцо с дешевым камешком.

– Гриша, – Сабан отхлебнул ликера, – я тебе верю. Как отцу родному, верю. Но ты мне скажи, в чем мой навар.

– А вот в чем, Коля. Давай по порядку. Дело мое. Так? – Так. – Подвод мой. Так? – Так. – Обеспечение и разработка моя. Так? – Ну, так. Что ты заладил, честное слово…

– А я к тому говорю, Коля, что всего страха у вас полчаса. Потому драгоценности все мои, валюта тоже, деньги твои. – А много денег-то? – Больше полумиллиона. – Ассигнации… – И ассигнации, и империалы. Они твои. – Щедро, Гриша. – Мое дело. Сколько у тебя людей? – А сколько надо?

– Ты и еще двое, но чтобы морды были не уголовные. Работать будете в форме прапорщиков.

– Прапорщик! – Сабан захохотал. – Ты, Гриш, песню слышал? – Какую? – Да ее нынче вся Москва поет:

Раньше был извозчик я,Звали все Володею,А теперь я прапорщик,Ваше благородие.– Так эти «Володи», в окопах сидят. А вы из контрразведки. – Вот как, – присвистнул Сабан, – и ксива? – Самая натуральная.

– Так. – Сабан налил себе еще ликера из витой бутылки. – Понимаешь, Гриша, разгон обычный залепить дело плевое. Но тут, понимаешь, контрразведка, туда-сюда. Знать надо.

– Пусть тебя это не волнует. Есть человек, который с вами пойдет. – Наш? – Нет. Офицер натуральный.