Тайный наследник для миллиардера

Вам нужно попить, сами справитесь или помочь?

Она подает мне бутылку с водой и уходит. Не успеваю опомниться, как в палату врывается Тимур. И передо мной в один миг проносятся все наши короткие встречи.

В Стамбуле. По дороге в роддом. Под дождем.

Тимур приходил на помощь своему сыну и мне в те минуты, когда мы в нем больше всего нуждались. Когда я думала об отце своего ребенка, я и мечтать не могла, что он будет такой, как Арсанов. О том, что это может быть сам Арсанов, для меня было за гранью фантастики.

Тимур подходит, опускается на колени и прижимается лбом к моей щеке.

— Я тебя люблю, Полька. Просто люблю и все.

Он не понял? Он до сих пор не знает?

— Тимур, — от волнения у меня прорезается голос, — Богдан твой сын.

— Я знаю, — он поднимает голову, и огромная глыба сваливается прямо с сердца.

В его глазах ни презрения, ни злости. Глажу густые волосы, сведенные над переносицей брови, поджатые губы.

— Я так боялась, Тимур, так боялась тебя потерять…

— Почему потерять, Поля?

— Я думала, ты станешь меня презирать.

— Презирать за то, что ты не стала делать аборт, когда Нина отказалась от бракованного ребенка?

— Нет, за то, что решила так заработать. Тимур, — нахожу его ладонь и сжимаю, — я не знала, что это Нина. Мы встречались только раз, я не видела ее лица. Голос слышала, на всю жизнь запомнила этот голос. Она назвалась Анной. Тимур, я правда только вчера узнала…

— А про того, которого мы недавно сделали, тоже вчера узнала? — кивает он на мой плоский живот под простыней. Но в его глазах по-прежнему нет осуждения, только тревога.

Мотаю головой по подушке.

— Нет. Мне тебя было жалко, — шепчу, глотая слезы. — Ты так за нас переживал, а тут я еще беременная…

— Еще… — хмыкает Тимур. — Я знал, что Нинка будет на презентации, разве бы я повел тебя туда?

Я готова оправдываться, но мой муж — у него тоже на пальце кольцо! — кладет мне на губы ладонь.

— Ты еще не все узнала, Полечка. Я тоже перед тобой виноват. Если бы я рассказал тебе, за что выгнал Нину, никаких тайн между нами бы не осталось.

Его лицо слишком серьезное, взгляд слишком встревоженно скользит по мне. И говорит сипло, как будто ему воздуха не хватает.

— За что, Тимур? — я тоже сиплю, потому что теперь его взгляд становится виноватым.

— Поля, — он накрывает своими ладонями мои руки, — я собирался развестись с Ниной, но она пряталась от меня. А потом позвонила сама и сказала, что родила дочь.

От его слов в груди зарождается щемящая боль. Кажется, я начинаю догадываться. Неужели, это правда? Неужели она сделала это со мной? С нами…"

"— Периодически у нас был секс, я слишком брезглив, чтобы пользоваться услугами эскорта. А заводить новые отношения, пока мы в браке, считал недопустимым. Но я точно знал, что предохранялся, а у Нины были проблемы.