Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Растерянно посмотрев на него, врач неуверенно взялся за рукоять. Примерившись, он попытался вытянуть ее, но сил явно не хватало. В ответ на его движение Генри тихо застонал.

– Отойди, – решительно отодвинул врача Алекс и, повернувшись к бойцам, скомандовал: – Держите его крепче. Зафиксируйте туловище.

Руки в стальных доспехах оплели тело экс-капитана, и Алекс, ухватив эфес, одним резким движением вырвал рапиру из тела. Хрипло вскрикнув, Генри выгнулся и обмяк. Бойцы тут же опустили тело в питательный раствор. Дав врачу зафиксировать на теле Генри все необходимые датчики, они решительно оттеснили врачей в сторону, принявшись самостоятельно раздевать раненого.

Убедившись, что процесс регенерации пошел, и жизни Генри уже ничто не угрожает, Алекс оставил у реанимационного танка двух бойцов, собрал все снятые с командира вещи и, повернувшись к Моргану, предложил:

– Сэр, позвольте, я доставлю вас в зал совета так же, как принес сюда.

– Не стоит, дружок, – весело усмехнулся Морган, – я, конечно, старик, но пройти такой путь своими ногами еще способен. Кроме того, я хотел бы поговорить с вами по дороге. Если, конечно, вы, юноша, не против.

– Если ваши вопросы не касаются службы, то я не против, – усмехнулся в ответ Алекс.

– Отлично, – радостно потер руки Морган и, сделав приглашающий жест, направился в коридор.

Выйдя из лаборатории, Алекс подстроился под неторопливый шаг попутчика и вопросительно посмотрел на Моргана.

– У меня к вам несколько не совсем обычных вопросов, молодой человек, – медленно начал Морган. – Первый. Скажите пожалуйста, вы женаты?

– Сейчас нет. Но дома меня ждет девушка, с которой мы собираемся пожениться. А что?

– С вашего разрешения я потом поясню вам суть своих вопросов. Итак, продолжим. Вы хорошо знаете своих офицеров?

– Конечно. Со многими из них я ходил на задания, – удивленно ответил Алекс.

– И все они имеют такое же количество шрамов, как ваш Генри?

– Многие. Поймите, сэр, шрамы, это далеко не все. Все наши офицеры, да, в общем-то, и все мы, носим шрамы не столько на теле, сколько в душе и в мозгах. У каждого из нас своя, как бы это правильно сказать? Фишка. Бзик, если хотите. У капитана прозвище Берсерк. У моего друга Говорун. Как только начинается заваруха, он начинает шевелить губами. Беззвучно. У одного нашего майора кличка Веселый Роджер. Он улыбается в бою. У меня Щелчок.

– А почему Щелчок? – удивленно спросил Морган.

– А я перед боем начинаю пальцами щелкать. Вот так, – Алекс сложил пальцы щепотью и ловко щелкнул средним пальцем по мякоти большого. Стальная перчатка отозвалась гулким звоном.

– И что в этом плохого? – пожал плечами Морган.

– Ничего, но эти бзики появляются не просто так. Это последствия тех психологических травм, которые нам пришлось перенести.