Предательство по-драконьи. Осколки любви

Я не могу тут быть.

Громкий сигнал нашего мобиля заставил дернуться.

— Лира, держись! — крикнул Алекс, но было поздно.

Всё произошло молниеносно.

Резкий рывок мобиля в сторону.

Мой удар головой о стекло.

Резкое торможение.

Сильный удар по передней части мобиля.

А дальше — звенящая тишина.

Глава 31

Медленно приходила в себя, словно всплывая на поверхность после долгого, бесконечного погружения.

Открыла глаза, ощущая тупую боль. Уставилась в потолок, слегка затемнённый мелкой сеткой трещин.

Не сразу поняла, где нахожусь.

Устойчивый запах медикаментов проник в лёгкие и вместе с ним пришло осознание, где я.

Прибор рядом со мной вдруг запищал. В комнату вбежала медсестра, её шаги были торопливыми, голос ровным, но взволнованным:

— Доктор Тирс, пациентка пришла в себя! — прокричала она в коридор.

Потом я повернула голову и заметила мужчину, вошедшего в палату. Он был немного старше меня, с утомлённым, но сосредоточенным выражением лица, в серых глазах отражалось напряжение.

Чёрные волосы выбивались из-под медицинской шапочки, оттеняя его бледную кожу. На нем была просторная тёмно-синяя рубашка и брюки, в руках была стопка листов.

— Вы три дня не приходили в себя, — произнёс он.

Попыталась кивнуть, но не смогла, даже осознать собственные конечности казалось непосильной задачей."

"Тело не подчинялось, будто я утратила связь с ним. Доктор, наблюдая за мной, присел рядом и, подняв руки, начал направлять поток слабой магии.

Едва ощутимое тепло проникло сквозь кожу, но эффекта это почти не дало — силы не возвращались. Но я хотя бы смогла пошевелиться.

А доктор и сам был вымотан и истощен.

Я подняла руки, обмотанные плотными бинтами, и тут же паника захлестнула меня.

Резкий, испуганный взгляд упал на целителя. Он всё понял, его губы сжались, а во взгляде отразилось безмолвное сочувствие.

— Множественные переломы, — тихо сказал он, — всё, что смог, я собрал. Со временем кости срастутся… но…

Я отвернулась, уставившись широко раскрытыми глазами в потолок, чтобы он не увидел тех слез, что мгновенно собрались в глазах.

— Но… — перебила я его, почти затаив дыхание, внутренне уже зная ответ. — Это ведь все? Конец?

— Да. Мне жаль, коллега, — он с горечью кивнул. — Вы больше не сможете оперировать.

Я закрыла глаза, стараясь не выдать свою слабость, но слезы все равно скатились из уголков.

Нервный смешок вырвался из груди, растекаясь эхом по комнате. Сначала тихий, он становился всё громче и громче, пока прибор рядом не начал пронзительно пищать.

— Я введу вам успокоительное, — предложил целитель, вставая.

— Не нужно, — резко ответила я и замолчала. Повернулась к нему.

— Уверены?

— Да.

— Мне нужно позвонить отцу.

— Господин Фейрвуд уже здесь. Он просто вышел из палаты, — ответил доктор.