Преисподняя

— Тогда я приложу все силы, — сказал Тенгель. — Здесь потребуется все мое умение.

Взглянув на лицо Клауса, Силье воскликнула:

— Боже мой, это же тот парень, который когда-то жил в Гростенсхольме!

— Да, — сказала Суль. — Вы пытались разлучить нас, но жизнь распорядилась иначе.

Силье ни о чем больше не спрашивала. Она не осмеливалась.

Пока Суль уплетала за обе щеки домашнюю еду, Аре и Силье расспрашивали ее обо всем. Тенгель в это время был с Клаусом в комнате для больных. Силье хотела знать все, но Суль отвечала сдержанно, а потом и вовсе переменила тему разговора.

— Где Лив? — спросила она.

— Разве ты не знаешь? Нет, конечно, ты не знаешь. Лив и Даг поженились. Теперь они живут в Гростенсхольме.

— Сохрани и помилуй! Как все быстро! Но это самое лучшее, что может быть.

— Это было необходимо — прежде всего для Лив. Она совсем зачахла. Этот жуткий Лаурентс отнял у нее уверенность в себе. Как хорошо, что он умер… Теперь я спокойна.

«Значит, я старалась не напрасно», — подумала Суль и вслух сказала:

— И как теперь дела у Лив?

— Она с каждым днем все больше становится похожей на себя. Думаю, она начинает выздоравливать.

— Как ты думаешь, что она чувствует, лежа с мужчиной?

— Но, Суль! — возмутилась Силье.

— Милая Силье, ведь это я рассказала тебе обо всем! Иногда мне приходит в голову мысль, уж не аист ли принес тебе детей?

— Нет, меня смутило только слово «мужчина». Наша маленькая Лив — и мужчина! Но ты устала, друг мой, тебе действительно пора спать.

— Да, спасибо. Но завтра я уеду.

— Разве ты не останешься с нами?

У Суль потеплело на душе от этих заботливых слов, от сознания того, что она была здесь желанной.

— Нет, рано или поздно у кого-нибудь из пациентов Тенгеля спросят о «ведьме с кошачьими глазами» — и тогда за мной придут.

У меня есть друзья, Силье, я устроюсь как-нибудь.

Входя в комнату, Тенгель услышал ее последние слова.

— Судья уже присылал сюда своих людей, Суль, — сказал он спокойно. — Мы сказали, что давно уже не видели тебя, и это было правдой.

— Тогда я должна уйти этой ночью.

Тенгель покачал головой.

— Ложись и спи, спи, сколько захочешь. Никто не тронет тебя в моем доме.

Суль не стала особенно возражать, с благодарностью принимая заботу домашних.

Она проспала всю ночь и большую часть следующего дня.

Вечером к ней пришли из Гростенсхольма Лив, Даг, Шарлотта и Якоб Скилле. Все вместе отпраздновали ее возвращение. Суль потрепала Лив по щеке.

— Никак мне не удается попасть на твою свадьбу. Я уже пропустила целых две!

Маленькая Мета засияла от счастья при виде Суль. Шарлотта и Якоб собирались пожениться, и весть об этом очень обрадовала Суль. Даг тоже был рад этому, зная, как одинока была его мать — и будет, если он примет предложение занять место нотариуса в Акерсхюсе.