Прекрасный яд

Затем я вижу в живой изгороди узкую щель, едва достаточную, чтобы пролезть в нее. Принимая мгновенное решение, я бросаюсь к ней, ломаю ветку и бросаю ее в противоположном направлении так далеко, как могу.

Надеюсь, это отвлечет его.

Я скольжу в узкое пространство, прижимаюсь спиной к шершавым листьям и обнимаю колени.

Ветки впиваются в кожу, но я игнорирую причиняемый дискомфорт. Грудь поднимается и опускается, в ушах стучит, пот покрывает виски и стекает по спине.

Шаги останавливаются."

"Густая, угнетающая тишина поглощает меня, и я кусаю губу, пытаясь успокоить дыхание.

Не говоря уже о том, что воздух настолько холодный, что я боюсь замерзнуть.

На мгновение единственным звуком становится шепот ветра в живой изгороди.

Но я уверена.

Он там.

Где-то в темноте, преследует и наблюдает, как хищник.

Электрическое напряжение в воздухе заставляет мои волосы на затылке встать дыбом.

Он близко. Слишком близко.

Затем я слышу его шаги, уносящие его в противоположном направлении.

О, слава богу.

На мгновение, всего на мгновение, я думаю, что он потерял мой след.

Но прежде чем я успеваю выдохнуть с облегчением, грубая рука обхватывает мою лодыжку.

Громкий крик вырывается из моего горла, когда меня резко вытаскивают, и мое тело скользит по влажной земле, а пальцы хватаются за ветку или что-нибудь еще, за что можно ухватиться.

Мои ногти впиваются в землю, под ними скапливается грязь, я цепляюсь за траву, но она скользит по моим рукам, как вода.

Я верчусь, изо всех сил пинаясь ногами.

На мгновение я действительно верю, что нахожусь в опасности, и борюсь, стремясь нанести как можно больше вреда.

Однако его хватка невероятно сильна, и это еще больше раззадоривает меня.

Мир вращается, когда меня тянут назад, земля подо мной грубая, трава царапает ноги.

Холодный, безжалостный ветер бьет по лицу, но я слышу только его ровное дыхание и его глубокий голос, который шепчет:

— Поймал.

Меня охватывает ошеломляющий ужас и болезненное возбуждение, и я поднимаю дрожащие руки в темноте.

— Кейн… подожди… давай поговорим.

— Не называй меня по имени. Я для тебя никто, — его голос звучит тише, ближе, каждое слово обволакивает меня, как кипящее землетрясение.

Он переворачивает меня с ужасающей легкостью.

Все, что я вижу, — это нависающая в темноте тень его тела — большая, широкая и совершенно устрашающая. В животе пробуждается странный трепет.

Это возбуждение?

Желание?

И то, и другое?

Или что-то большее?

Животное, первобытное чувство пронзило меня, как гром, и во мне закрутилось возбуждающее напряжение.

Кейн раздвинул мои колени и опустился между ними. Последнее, что я видела, был блеск ножа, прежде чем он подцепил мое платье и разрезал его пополам.