Приграничье

Терзавшая запястье боль понемногу превратилась в ватное онемение, но и голова соображала с каждым шагом все хуже и хуже. Ничего, еще один луч остался. Всего один луч…

– Ну ты здоров! – Напалм принялся заматывать заготовленным заранее бинтом мое располосованное запястье, когда я, едва переставляя ноги, доковылял до стены и бухнулся прямо в наметенный ветром сугроб. – Такое представление устроил, что факиры отдыхают! Заранее бы предупредил – на билетах целое состояние сделали бы. Ван-Гог со своим ухом нервно курит. Новый вид искусства – рисунок на снегу собственной кровью! Только ты в следующий раз птичку, что ли, какую нарисуй или зайчика.

– Вино тащи, – поморщился я от боли, повертев левым запястьем.

– Держи. – Пиромант сунул мне бутылку и запел:"

"Сейчас меня тошнит немного, нужен мне гемоглобин.Ты поставь на стол вино, красное, как рубин.Остается лишь напиться, я пока еще живой,Ломит у меня в зубах и в ушах какой-то вой.– Спасибо, – поблагодарил я, в один присест выдул оставшийся в бутылке кагор и вытер пролившуюся на фуфайку струйку вина.

– Если загадать желание, – пиромант поднял оставшееся целым бутылочное горлышко, – и разбить горлышко…

– Дай сюда, – действительно, припомнив такую детскую примету, я забрал у него горлышко и со всего размаху зашвырнул стекляшку в окно.

– Зачем? – поскучнел Напалм.

– Если все получится – значит, горлышко разбилось. – Покачнувшись, я поднялся на ноги. – Если не получится – значит, не разбилось.

– Если не получится, тебе уже по фигу будут эти суеверия, – придержал меня за плечо пиромант.

– Все может быть, – не стал спорить я и, выпростав из-под свитера цепочку, снял с нее светильник Доминика. – На, не потеряй.

– Это еще что за цацка? – прищурившись, принялся рассматривать амулет пиромант. – Вроде светится.

– Спрячь, – попросил я и, покачиваясь, поплелся к пентаграмме. – Потеряешь, как тому удаву, хвост по самую шею отрублю.

– Ой, боюсь, боюсь, – принялся кривляться Напалм, но светильник в карман все же убрал. Посмотрел мне вслед, вытащил из кармана пол-литровую бутылку минералки и, присосавшись к горлышку, направился к ведущей на второй этаж лестнице.

Дождавшись, когда перестанет кружиться голова, я осторожно, стараясь не повредить отмеченные каплями крови линии вписанной в круг пятиконечной звезды, принялся засыпать их снегом. Они свою роль и так сыграют, а на виду их оставлять – уже перебор получится. И так, присмотревшись, заподозрить неладное можно. Одна надежда на вечернюю темноту, да огневое прикрытие моих подельников.