Приграничье

И патрульным из-за возможных осложнений, а вовсе не из-за заботы о людях, давали отдохнуть в Форте времени не меньше, чем длился предыдущий рейд.

— Зачем закрывают?

— Для их безопасности в основном. — Я расстегнул воротник фуфайки. Уродов никто не любит. Особенно жители ближайших к Черному квадрату кварталов.

В зал вошел низенький хозяин, двумя руками удерживавший огромный, заставленный посудой поднос. Пристроив его на краю стола, он начал быстро выставлять на стол тарелки и стаканы. Закончив с этим, исчез на кухне и минуту спустя появился с супницей, из которой торчала ручка черпака.

Интересно, у него прислуги вообще нет? Вон как лихо с тарелками управляется. Или помощники к вечеру подходят?

— Хозяин, это ж мандаринами пахнет? — потянул носом Макс.

— Ну, — простуженно прогундосил тот.

— Почем?

— Червонец.

— За пуд? — полезли на лоб глаза у Ветрицкого.

— За фунт.

— Сам ешь, — пододвинул к себе тарелку с супом Макс.

— Ваше дело, — пожал плечами хозяин и ушел на кухню.

Я разлил в стаканы граммов по пятьдесят горилки:

— За здоровье!

— Будем.

— Неплохо. — У Макса сразу же заблестели глаза.

— Да ну, отрава.

Не умеют хохлы водку делать. Вот медовая з перцим — гарна штука. — Николая перекосило, и он отправил в рот полную ложку супа. — Запивона нет?

— Какой тебе еще, Лучник, запивон нужен? Суп ешь. — Макс взял бутылку и снова набулькал в стаканы. — Хорошо пошла.

— Между первой и второй… — поднял стакан Жан.

Я выпил, взял небольшую ржаную лепешку и начал есть суп. Ворон правильно сказал, надо кушать, а то развезет. Сорокаградусную запивать себе дороже. Суп вкусный, разве что мяса могло быть побольше, а костей поменьше. Но это так, мелкие придирки.

— Теперь согрелся? — Макс уже выхлебал тарелку супа и ногтем лениво ковырялся в зубах."

"— Вроде. — Я прислушался к своим ощущениям. Согреться согрелся, только кости чего-то ломит. Погода меняться будет? Меновазином бы натереться.

— Вы сейчас куда, на рынок? — Ворон вылил себе в тарелку остатки из супницы.

— Да надо бы, — задумался я.

— Зачем? — Ветрицкий выловил из супа кость и начал обгладывать с нее мясо.

— Еда, лыжи. Может, что-нибудь типа плащ-палаток присмотрим.

— Понятно. — Николай кинул обглоданную кость обратно в тарелку.

 — Что за мясо, кстати?

— А ты уверен, что хочешь знать? — оторвался от еды Жан.

— Не-а.

— Вот видишь…

Увидев, что суп съеден, хозяин унес супницу и принес взамен большое блюдо с жареной рыбой, кастрюлю с макаронами и чашку с острым соусом. Не отметить это событие было нельзя, и мы еще раз выпили. Жан ел мало и вскоре, осоловело откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза.

— Обожаю карасей! Самая та закусь. — Обрадованный Ворон вытаскивал кости из немаленькой рыбины. Вроде шпендель, а жрет за троих.