Приграничье

Улов невелик, но с паршивой овцы… А фляжка моя так и ушла. Жалко, хоть и пробитая, но серебра в ней было немало.

— Нет, что ты. Просто многие разделяют наши убеждения. Хоть и не афишируют этого.

— Так все-таки что вам от меня надо? — Я повертел в руках обрез дробовика и аккуратно положил его на пол. Куда он мне? — И где мы, кстати?

— В Рудном.

— Доминик, нам пора, — поддержал автоматчика парень с охотничьим ружьем. — Как бы на егерей не нарваться. Стуканет кто…

Рудный. Это ж километров пятнадцать от Форта! Далековато меня занесло. Но о каких егерях разговор? И зачем городским диверсантам ошиваться в окрестностях Форта, рискуя напороться на патрульных? Не из-за сектантов же! Ничего не понимаю.

— Хорошо, в Форте поговорим, — уступил нажиму с двух сторон Доминик, который у сектантов несомненно был за главного. — Договорились?

— Договорились, — не стал я спорить. Может, так и лучше. Почему-то совсем не уверен, что ответы на вопросы придутся мне по нутру.

— Олег, ты впереди, — начал отдавать распоряжения Доминик. — Мстислав, прикрываешь. Двинули.

— Не нравится мне эта погода, — выглянув в дверь, Олег достал из кармана матерчатую кепку.

 — Как бы под криоген не попасть.

— Ты что скажешь? — неожиданно повернулся ко мне Доминик.

А что я? Самый большой специалист по погоде, что ли? Нашли синоптика… Хм… А если разобраться, так оно и есть. Не думаю, что кто-нибудь из сектантов обладает моим опытом. Все-таки год в Патруле — это год в Патруле.

— Пить есть? — спросил я, выйдя на улицу и настороженно оглядываясь по сторонам.

Не видать никого. И это замечательно. В таких вот трущобах приличных людей днем с огнем не сыщешь.

Одни бандюки да патрульные ошиваются. Вид развалин цехов и, длинных складских бункеров нагонял тоску. Шлакоблок, бетон, кирпич, асфальт, грязь и черная земля… Застрелиться и не жить…

— Держи, — протянул мне фляжку Мстислав.

— Спасибо, — я хлебнул холодной воды, смыв мерзкий привкус рвоты, и присел на корточки. Земля уже оттаяла — вон и трава вылезла. Да и воздух прогрет. Все бы ничего, но не нравились мне лениво ползущие по небу перьевые облака, и все тут. Оттенок у них какой-то нездоровый. Не белые, скорее чуток серовато-свинцовые.

А так, небо синее. Жизнерадостное такое, веселенькое. Я принюхался, потом набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул. Привкус есть какой-то. Почти неуловимый. Или даже не привкус, а будто стылость непонятная в воздухе. Или это мне после холодной воды кажется? — Облака мне не нравятся, но криогена в ближайшее время точно не будет.

— Тогда пошли, — приказал Доминик.

Олег кивнул, закинул ружье на плечо и открыто вышел на вспученный и потрескавшийся асфальт дороги.