Приграничье

Ха! Еще год назад, устроившись в Дружину, я бы плясал от радости, а теперь одна забота — как бы от Ильи подальше убраться. Пусть он и строит из себя крутого профессионала, который думает только о деле, но мне вовсе не улыбается получить заряд свинца в спину или угодить в штрафной отряд, когда в моих услугах пропадет необходимость. Никогда не верил людям, которые говорят: «Ничего личного».

Толстенная дверь продуктовой лавки, занимавшей цокольный этаж одноподъездного жилого дома, была открыта настежь и заблокирована обломком кирпича. Пересчитав оставшиеся деньги, я заглянул туда и купил четвертушку ржаной булки, двести грамм сыра и пол-литровый пакет просроченного виноградного сока.

Сбережения таяли просто на глазах. А куда деваться? Кушать тоже надо. Пусть сегодня поесть не получится — левая сторона лица от анестезии еще не отошла, — но зато будет чем завтра с утра червячка заморить. Хотя с соком, как ни крути, немного погорячился…

Я уже прошел девятиэтажку, в которой располагалась безымянная забегаловка, среди завсегдатаев именовавшаяся просто «клоповником», когда заметил окутывавшую верхний этаж кирпичного пристроя сиреневую дымку.

Это что еще такое? Едва заметное сияние смутно напоминало мерцание защитного поля вокруг морга Гадеса. Несколько минут я стоял, соображая, почему никто, кроме меня, этого не видит. Вон два дружинника спокойно мимо протопали. Они на меня больше пялились, чем на странный дом. Вот в сторону продуктовой лавки небольшое семейство идет — отец с двумя устроившими игру в сифу сыновьями. Мальчишек интересовала только завязанная в узел пыльная тряпка, но мужчина внимательно смотрел по сторонам. И — ничего… Старьевщик прокатил полную тележку хлама, даже ухом не повел.

Странно. Очень странно.

И тут мне вспомнилось примерещившееся полгода назад сияние в водопроводной трубе. Точно! Это ж мне тогда энергетический поток в трубе разглядеть удалось. Просто у Гадеса силовая линия ужатая до тонкого шнура была. И откуда, хотелось бы мне знать, у меня прорезалась способность видеть магические потоки? Вопрос…

Кое-как засунув пакет сока в карман куртки, я обошел дом и спустился по ступенькам к «клоповнику». Закрыто. Безрезультатно подергав дверь, я несколько раз ее пнул и постоял, дожидаясь результата.

Тишина. Не понял, что за дела?

— Эй, парень! Закрыто тут, — окликнул меня живенький старикашка старьевщик в потрепанном клетчатом пальто и грязной бейсболке, который только что кинул в тележку смятую жестянку из-под пива. — Давно закрыто, кхе-кхе, с зимы уже.

— А что случилось? — поднялся по лестнице к нему я.

— Да хозяин, царствие ему небесное, ногу сломал и не долечил. Пошла гангрена, вот и преставился. — Старик посильнее натянул бейсболку и внимательно посмотрел на меня.