Приграничье

Кожаные и камуфляжные куртки, высокие сапоги, не очень объемные рюкзаки, арбалеты, зачехленные ружья и луки, топоры и ножи на поясах. На лицах неприкрытая скука, но стоят молча. Это неудивительно — они могут здесь уже и час париться, и два. Поди успели наговориться.

— Кто на облаву? — Из досмотровой выглянул полноватый сержант и заглянул в блокнот. — С лицензиями подходите по одному.

Охотники зашелестели документами и столпились вокруг сержанта.

— По одному. Я сказал: по одному! — замахал руками тот.

— Столько проблем из Форта выйти, — пригорюнилась Вера. — Неужели быстрее нельзя?

— Общая пропускная рядом с воротами, — вздохнул Григорий.

 — Эта для спецгрупп, тут обычно нету никого.

— Это нам сегодня уроды подгадили, — развел руками дядя Женя. — Наверняка с арсенала народ сюда перекинули.

— Как все непросто, — вздохнула девушка.

Сержант наконец закончил с охотниками, и к нему подошел Григорий.

— Что за облава? — поинтересовался он, передавая документы на нашу группу.

— Староста Октябрьского две сотни за голову волка-людоеда дает. — Сощурившись, сержант начал просматривать бумаги. — Дружина? Проходите в досмотровую.

— Волколак? — шикнув на начавших выяснять отношения близнецов, уточнил Конопатый.

— Та не, подранок, говорят, — отошел с прохода сержант.

Мы прошли в досмотровую. Глухие стены без единого окна, длинные столы с пятнами машинного масла на поцарапанных столешницах, отгороженная бронестеклом конторка колдуна. Под потолком мягко светился магический шар. На стенах фотографии и фотороботы с непременным указанием особых примет, краткого послужного списка и цены за голову. Не особо удивившись, я отыскал портрет Штоца. А вот морды Семы Два Ножа, как ни высматривал, не заметил.

Отдельное место выделили Лешему: на листе формата A3 была собрана вся информация об этом наемном убийце. Крайне скупая, надо сказать, информация. А места занимает много, потому что шрифт весьма солидный. Рост около метра девяносто, размер обуви сорок пятый, подволакивает левую ногу. Вот, собственно, и все. Явно по следам на снегу вычислили. Даже словесного описания нет. Это и понятно: свидетелей этот товарищ не оставлял. И даже самые лучшие медиумы не могли вытянуть из жертв и случайных очевидцев ничего определенного.

Два техника принялись за наше оружие, и поскольку пломб на нем не было, процедура осмотра заняла не больше десяти минут. Все это время молодой колдун напряженно вглядывался в хрустальный шар и даже шевелил от усердия губами, проговаривая про себя сканирующие заклинания. Закончив, он облегченно откинулся на спинку стула, вытер выступившие на лбу капли пота и нажал на кнопку разблокировки дверей.

— Проходите, — едва донесся до нас из-за бронестекла его усталый голос.

Мы прошли.