Приграничье

Доход это занятие приносило нерегулярный, зато в случае удачи можно было за пару дней заработать месяца на три безбедной жизни.

— Не, только морозильник уцелел. Мясо на санях вывозили. Половину навара отдать пришлось. — Гамлет вздохнул: — Хорош водку греть. Будем!"

"Мы чокнулись. Водка провалилась внутрь, я быстро закусил капустой. Неплохо пошла.

— Чего пьянствуете?

— Мою стрижку обмываем. — Гамлет убрал пустую бутылку под стол. — Только начали.

— Ты подстригся, что ли? Что-то незаметно. — Я отодвинул стул к стене и вытянул ноги.

— Э-э-э, Лед, совсем ты в этом деле не шаришь. Бывает, парикмахер, — он выделил последний слог, — тебя обкорнает, все вроде красиво, аккуратненько, но радости нет — понимаешь? Настоящему мастеру достаточно пару раз ножницами щелкнуть, и все: выходишь ты на улицу, ветерок волосы гладит, а на душе такая благодать!

— Ты что, друг менингита, по улице без шапки шастаешь?

— Нету в тебе романтики, Лед. — Гамлет демонстративно отвернулся и начал поправлять винтовочные патроны, вставленные в газыри черной чохи.

— Принц, да он просто трезвый еще. — Денис отодвинул миску с тушеной капустой на край стола, освобождая место для принесенных Максом пары бутылок водки, кувшина с томатным соком и тарелки с крупно нарезанным хлебом.

— Сейчас еще картошку принесут. — Макс вытащил из кармана стакан, поставил его на стол и повесил полушубок на спинку стула.

— Денег хватило? — Я взял бутылку «Пшеничной», скрутил пробку и разлил по стаканам. Подошла официантка, выставила блюдо с жареной картошкой. Вот это дело. Водочка под жареную картошку самое то. Только надо было прямо в сковороде на стол подавать.

— За вторую бутылку должен остался.

— Ерунда, на всех раскидаем. Все равно еще брать придется. — Денис пододвинул к себе стакан, попутно умудрившись уронить наколотые на вилку ломтики картошки на линялые футболку и джинсы. Не особенно расстроившись, он пальцами подхватил картошку и отправил ее в рот. — Доза не та. Надо добавить.

Кто бы сомневался, ему сто грамм, что слону дробина. При росте в сто семьдесят сантиметров и весе под центнер, Денис Селин мог выпить водки почти столько же, сколько мы все остальные, вместе взятые, и при этом еще что-то соображать. Правда, когда он перебирал, крышу ему сносило капитально. Вот тогда он полностью соответствовал своему облику тупого головореза: сбитые костяшки, накачанная мускулатура и хмурый взгляд из-под нависающих над глазами надбровных дуг. Поведение становилось соответствующим — любой мог получить в рыло просто за косой взгляд. А ведь серьезные дела проворачивает, когда трезвый.

Денис поставил локти на стол, зажал покрытое мелкими оспинами лицо в ладонях и уставился в пустой стакан.