Приграничье

— Отставить выходить! — поднимаясь на ноги, распорядился я. — Кто заряды закладывать будет?

— Мы, кто еще? — ткнул Грицко в бок немного сбледнувшего с лица Шмидта.

— Вот вы и на выход, — распахнул боковую дверь фургона я и выпрыгнул в какой-то занесенный снегом дворик. — Николай, ты с нами. Остальные в машине ждут.

— Закладку брать с собой? — Шмидт потянул к себе выкрашенный зеленой краской деревянный ящик с прибитой гвоздями кожаной ручкой.

— Берите. Какой смысл два раза ходить? — Я огляделся по сторонам. Ну дворик и дворик. Видно, что люди живут — и снег расчищен, и мусора хватает.

Большинство окон трехэтажного дома, правда, наглухо заколочены, но это еще ни о чем не говорит. Наоборот даже — будь дом заброшен, давно бы все повыламывали. Точно — вон из трубы на крыше дым идет. Значит, надо перед местными особо не светиться. — Эй, Шумахер, куда нам теперь?

— А вот со двора как выйдете, так прямиком на перекресток попадете. — Водитель вытер под носом рукавом. — Далеко отъезжать смысла нет, за гаражи машину поставлю.

— Идет. — Я махнул рукой, и Грицко с грохотом захлопнул дверцу фургона.

— Схема у кого? — зажав под мышкой увесистый ящик, Шмидт, скособочившись, направился к выходу со двора.

— У меня. — Грицко вытащил несколько листов с набросанной от руки разметкой перекрестка. — Думаешь, поймешь что-нибудь?

— А чего тут непонятного? — Я остановился на углу дома и оглядел перекресток. — Можно подумать, вариантов много.

— Да уж немало. — Дружинник поставил ящик на снег. — Тут, конечно, только одна полоса от снега расчищена, но заряды-то направленные. Надо прикинуть.

— Хрена там прикидывать? — сунул в лицо приятелю листы Грицко.

 — Вон все расписано…

— Ну можно и так… — повертев в руках схему, согласился Шмидт.

— Ты чего скажешь? — повернулся я к молча курившему Ветрицкому.

— В смысле? — сделал вид, что не понял вопроса, Коля и закинул за спину убранный в чехол лук.

— Разместишься где? — Прямо на перекресток выходили торцами две трехэтажки, немного поодаль торчала хрущевка, а за пустырем тянулся длинный двухэтажный барак. Хорошо хоть народу на улице никого.

— Подумать надо…

— Думай короче, — поторопил его я и неожиданно почувствовал, как задергался карман фуфайки.

Что за напасть? Дело оказалось в подсунутом Григорием переговорном амулете — небольшой шарик дрожал так сильно, что чуть не выскользнул у меня из ладони.

— Лед? — Раздавшийся в голове голос был странно искажен, но все же интонации Конопатого угадывались легко.

— Да, — закрыв глаза, мысленно ответил я.

— У нас проблема, — ничуть не удивил меня контрразведчик. Когда это у нас все по плану шло? — Передача амулетов переносится на час раньше. И поедут не через вас, а по Кривой.