Принцесса для киллера

Адель придет сюда шмотки забрать и переодеться.

Цокот каблучков узнаю сразу. Ее шаги.

Профессиональное. Да и память хорошая. Выхватываю ее в полумраке коридора. Уставшая, бледная, больше нет улыбки. Значит, напускное все было. Отрабатывала.

За ней амбал тащится с цветочками.

Выхожу навстречу, перекрываю путь. Поднимает на меня взгляд. Если раньше казалась бледной, то сейчас белее мела вдруг стала, глаза распахивает и губы дрожат, а на дне голубых озер слезы собираются.

Ведет ее, инстинктивно хватаю за плечо, чтобы удержать.

– Убрал от нее руки! – вылезает вперед чувак и пихает меня в грудь. Коротким ударом отправляю парня в нокаут.

Оборачиваюсь к Адику и смотрю в глаза. Не понимаю, с чего она так перепугалась, увидев меня. Сглатывает, прикрывает глаза и хватается за мою шею, обнимает, повиснув.

Я, особо не привыкший к такому проявлению чувств, офигеваю.

Трах одно, а так, чтобы просто так обниматься…

Но руки сами смыкаются на тонкой, дрожащей фигуре девчонки, знакомой с самого детства.

– Ты жив… – шепчет и заглядывает в глаза. А я смотрю на женщину, которой когда-то был болен, и не чувствую того безумия.

Просто тепло внутри, потому что она свет.

Золотая девочка…

– Я искал тебя, Адик, – почему-то бросаю тихо, – а нашел, когда уже и не думал, что повидаться еще будет возможность… – убираю светлые пряди с ее лба, а перед глазами красный шелк. Маша. Ее люблю. Теперь понимаю, что Адель не могла бы принадлежать мне, о чем и говорю:

– Никогда не слышал, как ты поешь… до сегодняшнего дня. Если бы хоть раз услышал тогда, понял бы, что не видать мне ответа на свое безумие от тебя…

– Что ты говоришь, Фил, о чем ты? – улыбается сквозь слезы.

Хорошая девочка. Душевная. Этим и взяла меня. Слишком непохожей была на все то дерьмо, в котором я барахтался. Отвечаю прямо:

– О том, что я всегда буду тебе другом. У тебя все хорошо?

– Да…"

"– Ты здесь по своей воле? У меня инфа, что ты под шефом этого клуба.

Смущается и опускает взгляд.

– Я ни с кем не сплю, Фил…

– То есть инфа ложная?

Не догоняю. Чую, что темнит что-то.

– Адик, говори мне правду. Ты мне не чужой человек, и, если ты в беде, я вытащу.

Улыбается грустно, смотрит открыто.

– Фил, все хорошо, Гор сложный человек. Он хладнокровный, расчетливый, очень умный и даже жестокий, но меня он и пальцем не тронул, хотя поставил на меня вето. Этот клуб имеет специфическое “меню” для элиты. Меня в этом меню нет.

Сцепляю зубы, догоняю, о чем базар, и резко сдавливаю тонкую руку.

– Тебя обижали?!

Смотрит глаза в глаза и кладет маленькую ладонь мне на щеку.

– Поверь мне, я никогда тебе бы не лгала. У меня правда все хорошо. Жизнь научила многому и самое главное – это ценить друзей…

Ловлю ее руку и отнимаю от себя, киваю. Я услышал то, что хотел. Не врет.

– Я рад за тебя, Адик.