Притворись, что любишь

 – Вы в своем уме? Меня же за такое уволить могут! Я не имею права пускать в номера посторонних.

– Миленькая, послушайте, – взмолилась Кира. – Там мой муж. Внизу сказали, что он в номере. Я очень долго туда стучалась, но он не отвечает. И телефон недоступен. Я уверена, что он там не один. Вы же женщина, ну поймите меня!

По ее виду Кира определила, что женщина понимает.

– Я бы открыла, но если пожалуется…

– Если пожалуется, скажете, что стучали, а он не отозвался, – убеждала ее Кира. – Мне бы одним глазком посмотреть, не больше! При вас! Скажете, что ринулась за вами без разрешения, а вы хотели убрать номер.

Уборщица потопталась на месте, потом махнула рукой.

– Пошли, – решилась она, перейдя на «ты». – Только одним глазком, и всё. Держись за мной.

Кира показала нужный номер. Когда дверь открылась, они на цыпочках прошли внутрь. В комнатах было темно.

– Уборка номера! – проговорила женщина не слишком громко и включила в коридоре свет. Потом обе прошли в пустую гостиную. – Похоже, зря ты на мужа грешила, нет его.

– Может, в спальне, – предположила Кира, не дала возможности уборщице ее остановить и проскочила в смежную с гостиной комнату.

Кира включила свет и увидела, что действительно зря грешила на мужа, по крайней мере сейчас он был один. Лежал под одеялом, укрытый почти с головой. Похоже, крепко спал. В комнате было душно, на полу и кресле валялись вещи.

– Уборка здесь явно не помешает, – тихо сказала женщина. – Чего это он укрылся в такую духотень?

Кира подошла к мужу и села на кровать, потом заметила крупные капли пота на лбу, откинула одеяло и дотронулась до майки – та была насквозь мокрой. Кира коснулась ладонью его лба и ужаснулась:

– Да он горит, как печка! Кирилл! – она потрясла его за плечо. – Кирилл, проснись!

– Нет, это не выгодно, – пробубнил он, не открывая глаз.

Кира снова попыталась его растолкать, а он всё продолжал твердить про какую-то сделку.

– Да он бредит! Натурально бредит! – воскликнула уборщица.

Трясущимися руками Кира потянулась в сумку за телефоном и стала звонить в скорую.

– Мужчина, тридцать шесть лет. Очень высокая температура, в сознание не приходит, – твердила она оператору. – Как не раньше часа? Да он у меня за этот час сгорит! Так, ладно. Записываю название. Да, смогу вколоть. Хорошо.

– Скорую у нас лучше переименовать в медленную! – посочувствовала уборщица, поймав расстроенный взгляд Киры.

– Есть поблизости аптека?

– За углом в этом же здании. Беги, я с ним побуду.

Кира поблагодарила ее и бросилась вниз. Заодно прикупила и градусник.

– Сама справишься? – спросила уборщица, когда Кира начала распечатывать шприц.

– У меня двое детей, не впервой, – ответила она.

– Ну, я пойду, – кивнула уборщица. – Если что, я на этаже еще полчаса. Зови.