Притворись, что любишь

О злосчастной ветрянке напоминали лишь следы зеленки по всему телу и вечно зудящая сыпь. Через неделю исчезла и она. Вот уже три дня он был абсолютно здоров, но старательно изображал слабость, хотя получалось не слишком правдоподобно.

Выздоравливать не хотелось. Он и думать не мог о возвращении в отель – слишком хорошо здесь устроился. Было приятно наблюдать за Дашкой, которая так старательно помогала матери, подавала наволочки и простыни. Конечно, больше мешала, чем помогала, но Кира ее не прогоняла. Они то и дело о чем-то болтали. Руслан, как обычно, находился возле него. Крутился у ног с машинками в руках.

Раньше Кирилл не думал, что может полюбить второго ребенка так же, как и Дашу, но как только взял Руслана на руки в первый раз, сразу почувствовал, словно от сердца откололся добрый кусок. Теперь он принадлежал этому кудрявому мальчонке, который бегал за Кириллом как тень и почитал словно Бога. Его восхищенные наивные глаза навсегда останутся в памяти Кирилла. Единственное, о чем безумно жалел, так это о том, что не видел, как мальчик родился, рос и креп – но ничего, больше он ничего важного в жизни своих детей не пропустит.

Кирилл потянулся за кофе и невольно улыбнулся, в сотый раз читая надпись на кружке в форме динозавра: «Ужасно хорошему папе». Эту кружку ему торжественно презентовала на день рождения Даша. Тогда он еще лежал в постели, слабый и беспомощный. Знал, что кружку для него купила Кира, и этот, в сущности, пустяк стал для него самым дорогим подарком. В этом доме у каждого была забавная кружка – теперь и у него есть. Значит, пустили в семью. Значит, не чужой.

Всё же боялся, что скоро его отправят восвояси, гадая, что творится в голове жены. Понимал, что оказался здесь всего лишь в силу обстоятельств. Однако с тех пор, как заболел, Кира сменила гнев на милость: прекратила разговаривать с ним сквозь зубы, больше не язвила, была мила и чересчур заботлива, то и дело норовила впихнуть в него что-нибудь вкусное, просила посидеть с детьми, когда работала, хотя и находилась в официальном отпуске. Он даже научился тереть морковку – единственное, что Кира просила его сделать на кухне. Тем не менее желанного приглашения поселиться вместе так и не получил.

Экран ноутбука стал гаснуть. Кирилл пошевелил курсором и в очередной раз попытался сконцентрироваться на чтении документа. За время болезни работы скопилось столько, что хоть круглые сутки сиди, всё равно не переделаешь. Отец наперегонки с Натаном строчили ему на почту по нескольку раз на дню с просьбами и предложениями по подотчетным ему проектам.

– Помяни черта, – пробормотал Кирилл, увидев, кто звонит. – Да, пап!

Он отложил ноутбук, подхватил под мышку Руслана и ушел разговаривать на кухню.