Притворись, что любишь

Он переведет деньги, вы нас отпустите. Все довольны.

Двое из ларца переглянулись. Хряк грозно зарычал на подчиненных:

– Хватит его слушать! Боссу это не понравится. Потом знаете, что будет.

– Вам-то какое дело, понравится ему или нет? – продолжал провоцировать их Кирилл. – Всю жизнь собираетесь бегать на побегушках? Реальное дело предлагаю.

– Закрой пасть! – гаркнул Хряк и показал пистолетом на выход. – Пошли.

Все трое шустро скрылись на лестнице. Дверь с грохотом закрылась.

– Как думаешь, они послушают? – спросила Кира."

"– Это неважно, – ответил он. – Главное, теперь сто раз подумают, прежде чем нас тронуть. Нам просто нужно продержаться какое-то время. Протянем до утра, там, глядишь, отец забеспокоится. Нас найдут, милая! Рыкову, конечно, вряд ли есть дело до денег, но сообщники наверняка теперь не дадут ему так просто нас прикончить. Вряд ли он пойдет против троих.

Жена кивнула и немного воспрянула духом, а Кирилл начал молиться, чтобы Рыков про них этой ночью не вспомнил. Через некоторое время адреналина в крови поубавилось, навалилась слабость. Затылок продолжал пульсировать отголосками боли. Захотелось спать.

Он не знал, сколько прошло времени, прежде чем услышал шаги наверху.

«Только не сюда!» – взмолился он и глянул на жену. Та тоже услышала шум. Встрепенулась и испуганно посмотрела на Кирилла.

– Не бойся, милая, – ободрил он ее, услышав скрежет отпираемого замка. – Как-нибудь выкрутимся. Я тебя прошу, молчи, кто бы что ни говорил. Только хуже сделаешь.

Медленно открылась дверь. Зашел Рыков.

«Сука, ну что ж тебе не спится! Повалялся бы до утра, а там, глядишь, и взяли бы тебя тепленьким прямо в постели», – Кирилл досадливо сплюнул.

Рыков, широко улыбаясь, оглядел пленников. Кирилл подметил, что тот сменил джинсовый костюм на спортивный.

– Соскучился? – протянул он вальяжно и уселся за стол напротив них. Смахнул несколько коробок на пол, достал из-за пазухи пистолет и, поиграв им немного, положил рядом.

«Макаров», – подумал Кирилл. Он паршиво разбирался в оружии, не любил его и держал в руках только в армии. Но этот образец стараний российских оружейников всё же признал.

При виде оружия Кира вжалась в стул. Рыков метнул в нее взгляд, потом лениво развалился на стуле и обратился к Кириллу:

– Ну что, Трубачёв, удобно ли сидится? – спросил он с притворной заботой. – Мне вот восемь лет неудобно сиделось.

– Что, с пистолетом смелый? А ты попробуй без. Слабо? – поддел его Кирилл. – Ударил втихаря, связал меня и беспомощную девчонку и чувствуешь себя героем. Ты с детства такой трус?

Рыков лишь улыбнулся и полностью проигнорировал провокацию.

– Надо же, голос прорезался. Слабо тебя Вепрь стукнул. Может, мне постучать? У меня и железная бита есть.