Пробужденный любовник

Длинные красивые волосы цвета красного дерева окружали ее со всех сторон, словно фата, покрывая лицо и плечи.

Внезапно он ослаб, зрение отключилось, тело трясло — но, даже едва оставаясь в сознании, он продолжал тянуть. Затем веревки стали поддаваться легче… потому что чужие руки помогали ему… чужие руки на веревке… чужие руки осторожно опустили ее на пол.

Она была одета в тонкую ночную рубашку, испачканную в крови. Не двигалась, но дышала. Он осторожно откинул волосы с ее лица…

Сердце Зейдиста остановилось.

— О, Боже правый… о, Боже правый… о, Боже…

— Что они сделали… — Тот, кто заговорил, не смог найти слов, чтобы закончить.

Кто-то откашлялся. Прочистил горло. Может, подавился.

Зед притянул ее на руки и просто… обнял. Ему нужно было вытаскивать ее отсюда, но он не мог даже шевельнуться, зная, что они сделали с ней. Почувствовав головокружение, он закрыл глаза, внутри все орало от ужаса, но он лишь раскачивался с ней взад-вперед. Слова скорби на Древнем Языке вырывались изо рта по собственной воле.

Фьюри опустился на колени.

— Зейдист? Нам нужно забрать ее отсюда."

"Словно от толчка Зед пришел в себя. Он мог думать лишь о том, как увезет ее в особняк. Он срезал ремни с ее тела и с трудом поднялся на ноги, держа ее на руках. Он попытался идти, но левая нога снова подвернулась, и он споткнулся. Сначала он даже не понял, почему.

— Давай я возьму ее, — сказал Фьюри, протягивая руки. — Ты ранен.

Зейдист покачал головой и, прихрамывая, прошел мимо близнеца.

Он понес Бэллу к Таурусу, все еще припаркованному перед строением. Прижимая ее к груди, кулаком он разбил стекло водительского сидения, просовывая руку внутрь, взламывая машину под безумный вой сигнализации. Открыв заднюю дверь, он наклонился и положил Бэллу на сидение. Чтобы она поместилась, он слегка согнул ей ноги, и в этот момент задралась ночная рубашка. Он вздрогнул. На ее коже были синяки. Много синяков.

Когда сигнализация выдохлась, он сказал:

— Кто-нибудь, дайте мне куртку.

В ту же секунду, что он вытянул руку, кожа коснулась его ладони. Он осторожно завернул ее в то, что оказалось курткой Фьюри, потом захлопнул дверь и уселся за руль.

Последним, что он услышал, был приказ Рофа:

— Ви, готовь свою руку. Нужно сжечь это место.

Потянувшись к замку зажигания, Зед завел мотор и рванул с места словно метеор.

* * *О притормозил на обочине неосвещенного отрезка 10-ой улицы.

— Я так и не понял, почему ты соврал?

— Если тебя отправят домой, к Омеге, то с чем останемся мы? Ты один из самых сильных убийц.

О взглянул на напарника с неприязнью.

— Ты настоящий фанатик дела, не так ли?

— Я горжусь нашей работой.

— Как в пятидесятых годах, «Howdy Doody»[29] для тебя.

— Да, но это дерьмо спасло твою задницу, так что будь благодарен.

Неважно.