Птицы небесные. 1-2 части

Чрезвычайно обрадовавшись, он предложил мне остаться у них и никуда не хотел отпускать, призвав на помощь свою маму. Поблагодарив их за гостеприимство и сославшись на то, что времени на Одессу у меня мало, я остался у радушных хозяев, признательный за такое великодушие с их стороны, намереваясь долго не задерживаться.

Стихи мой друг читал также самозабвенно, как и раньше, но, как и тогда, я опять не понимал сути его стихотворений. Стихи писала и его мама, учительница литературы. Они не печатали своих стихотворений, а писали для себя и своих знакомых. Мой друг, как и я, учился на филологическом факультете, но в Одесском университете.

Я показал моим друзьям свои стихи, написанные в горах, кроме стихотворения о монахине. Большинство из них поэт раскритиковал, не находя в них поэзии, а «серебряную дудочку» он прочитал вместе со своей мамой, восторгаясь мелодичностью стиха. Я рассказал о покупке Библии, что очень удивило их, а еще больше поразило то, что ради одной книги мне пришлось поехать в Батуми. Поэт пообещал повести меня утром на книжный рынок: «Там тоже попадается разная религиозная литература…»

Утром мы немного потолкались на подпольном книжном рынке, где нам предлагали даже Библию, но цена на нее оказалась для меня недоступной.

Пользуясь моей неосведомленностью, мне всучили какие-то невразумительные перепечатки «о Боге», как сказал верткий продавец, ощупывая нас глазами.

— Если о Боге, то я возьму… — согласился я."

"Мы приехали с покупками домой и все вместе начали просматривать купленные книги, которые оказались обыкновенной оккультной макулатурой.

— Зря деньги потратили! — сокрушался поэт, а его мама заметила:

— Странный у вас вкус, молодой человек, какой-то мистический…

Купленные нами книги действительно пришлось выбросить.

На следующий день друг повел меня знакомить со своей девушкой, студенткой медицинского института. На нашу встречу пришли и другие медики из лаборатории, разрабатывающей новые средства против опухолей. Им всем мой друг читал свои стихи и они очень понравились собравшимся студентам. С большим сожалением я заметил, что самому поэту местное вино, поставленное на стол для угощения, теперь нравилось больше стихов. К вечеру он уговорил меня посетить Одесский театр оперы и балета, где, заявив изумленной кассирше, что мы моряки, вернувшиеся из дальнего рейса, сумел обеспечить нас двумя контрамарками на оперу «Аида», в которой пел какой-то известный болгарский тенор. Опера и музыка Верди мне очень понравились, а солисты поразили своей необъятной толщиной и несоответствием с обликом героев пьесы, которых они представляли.

Оставшиеся дела требовали попрощаться с гостеприимными друзьями-поэтами.