Птицы небесные. 1-2 части
Братство «Новая Фиваида» на Святой Горе Афон издает рукописи иеромонаха Симона Безкровного (монаха Симеона Афонского) под названием «Птицы Небесные или странствия души в объятиях Бога», являющиеся дневниковыми записями прошлых лет. В первой части книги повествуется об удивительной истории жизни самого автора, о трудных путях поиска Бога в различные периоды жизни нашей страны и о становлении в монашеской жизни под руководством выдающегося старца и духовника архимандрита Кирилла (Павлова). Это повествование служит духовным стержнем нелегкого процесса преображения души — начала молитвенной жизни и обретения благодати. Во второй части книги реально показано формирование души в Православии и стяжание непрестанной молитвы, а также, с искренним доверием к читателю, рассказывается о встрече с новой благодатной жизнью во Христе, с ее трудностями, ошибками, неудачами и обретениями. Рукописи во всей возможной полноте раскрывают нам сокровенное общение со старцем и с большой теплотой являют нам его мудрый и святой облик. Кроме этого, вместе с автором мы встречаемся с другими духовными отцами и подвижниками, чьи советы и поддержка помогли ему в трудные моменты его нелегкой жизни.
Пока я жил и работал в сейсмологической исследовательской группе, состоявшей в основном из талантливых, но неверующих ученых, я ощущал в душе полную оторванность от православной жизни и это ощущение постепенно начало меня угнетать. Выяснив, как добираться до Душанбе, минуя долгую тряску в автобусе, я получил у Халтурина разрешение иногда туда ездить с оказией на экспедиционной машине или на попутных автомобилях, в основном, по праздничным дням, когда к советским праздникам добавлялись суббота и воскресенье.
С водителями ЗИЛов, веселыми и разговорчивыми людьми, обычно устанавливались дружеские отношения.
— Да, женат! — стал отвечать я.
— А дети есть?
— Есть.
— Сколько?
— Двое!
— А кто, мальчики или девочки?
— Один мальчик, одна девочка!
— А сколько лет?
Мое терпение подходило к концу. Замявшись, я отвечал:
— Мальчику четыре, а девочке два годика! Что еще?
— Что сердишься, брат? Я же тебя по-человечески спрашиваю! А как их зовут? Не сердись! Сам видишь, дорога длинная…
Видя, что ложь запутывает меня окончательно, с тех пор я решил говорить правду, какой бы невероятной для собеседника она ни была.
— Скажи, дорогой, ты женат?
— Нет.
Лицо водителя поворачивалось ко мне:
— А собираешься?
— Не собираюсь."
"— Почему не собираешься?
— Не женюсь ради Бога.
— Ради Бога — это как? Ты что, суфий?
— Ну, примерно, только православный.
— А, это как монах? — он с любопытством посмотрел на меня.
— Да, как монах.
— Церковь любишь, Христа любишь? Это хорошо! Я сам ношу в кармане кое-что… — к моему изумлению некоторые водители доставали из нагрудного кармана рубашки церковный поясок с молитвой девяностого псалма «Живый в помощи Вышняго»…
— Если мулла не поможет, русский поп поможет! Так у нас люди говорят!
В городе у Экспедиции, рядом с аэропортом, находилась база, где можно было останавливаться — небольшой домик с несколькими комнатками. В том же районе, рядом с кладбищем, располагалась и церковь в честь святителя Николая, маленькая и низенькая, перестроенная из бывших механических мастерских, где вместо колокола висел газовый баллон, спиленный снизу.















