Птицы небесные. 1-2 части

Чтобы ему не мешать, я ушел молиться в холодную комнату, а когда вернулся, услышал какой-то шум в коридоре, но не обратил на это внимание. Утром старик вышел в коридор и испуганным голосом позвал меня — в руках он держал пустой мешок. За ночь крысы унесли все его орехи. Раздосадованный, он снова отправился собирать их, но теперь уехал на лошади с полным мешком, не ночуя на станции.

Зимы на Пештове стояли долгие, с глубоким, до полутора метров снежным покровом и ночными морозами до двадцати градусов. Днем солнце пригревало и я часто рубил у крыльца дрова, раздевшись по пояс.

По вечерам над безлюдной долиной, освещенной матовым светом луны, разносился протяжный волчий вой, леденящий душу. Поначалу в одиночестве меня донимали различные страхи, навеянные историями и рассказами местных жителей о явлениях духов, снежного человека — «гула» или прекрасных небесных дев — «пери», сводящих путников с ума своей красотой. В Азии очень сильно проявляется одержимость людей, не имеющих благодати Крещения. Люди живут совместно с демоническим миром, который для них также реален и зрим, как земной мир, и от этого еще более опасен.

К примеру, вот что рассказывал отец Авлиекула, Джамшед, о приключившейся с ним одержимости. С группой друзей, будучи молодым парнем, он ехал домой. Они возвращались верхом на лошадях по безлюдной местности из дальнего кишлака, куда были приглашены на свадьбу. Осенняя долина выглядела пустынной и никаких поселений в том месте быть не могло. И вдруг его глазам предстала невероятная картина: на цветущей лесной поляне танцевали необыкновенно красивые девушки и парни с бубнами в руках. Они пели странные незнакомые песни, очаровывающие слух.

Джамшед оглянулся вокруг: никто из его спутников не видел того, что открылось его взору. А пение становилось все более обворожительным. Очаровательные девушки звали его к себе грациозными жестами. Они были так прекрасны, что молодой человек спрыгнул с лошади и, срывая с себя одежду, ринулся в лес. Он так быстро скрылся с глаз потрясенных друзей, что никто не успел его удержать. Все мужчины кишлака отправились на поиски потерявшего рассудок парня. Недели через две его нашли — обросшего, грязного, забывшего человеческую речь. Он царапался и кусался. Джамшеда связали и привели к мулле, который несколько дней читал над парнем заклинания, пока к нему не вернулся рассудок. Меня всю зиму преследовал этот рассказ. За каждым поворотом ущелья во время прогулок мне казалось, что я увижу этих небесных «пери».

Еще в зимнем уединении мне часто вспоминались рассказы о лесных людях-оборотнях, обросших волосами и имеющих ужасного вида облик. Авлиекул утверждал, что теперь их племя живет в непроходимом ущелье за водопадом, возле дальней снежной горы.