Птицы небесные. 1-2 части

И все это лишь потому было счастьем, что повсюду я видел склоненное надо мной прекрасное, с длинными вразлет бровями, улыбающееся лицо моей матери и любящий взор ее темно-карих внимательных глаз. Поэтому Ты, Боже, прежде всего научил меня постоянно призывать имя ее, ибо оно приносило необъяснимую усладу детскому сердцу. Имя отца моего и его образ тогда еще являлись для меня загадкой. Он виделся мне в виде таинственной фигуры, пропахшей дымом, соломой и глиной. Отец в то время своими руками строил дом. Моя старшая сестра уже училась в школе и росла миловидной девочкой, которую все звали Милочка.

Дед Алексей, горбоносый, как большинство казаков, присматривал за всем хозяйством. Он слегка прихрамывал, нося на себе отметины Первой мировой войны, поэтому всегда ходил с палкой. Резкий голос деда слышался повсюду и я немного побаивался его. Бабушка Мария, красивая даже в старости, излучала удивительную доброту, и рядом с ней я чувствовал что-то родное и уютное, исходившее от всего ее облика.

Когда я немного подрос, меня часто оставляли в доме бабушки, под ее присмотром.

В этом доме мне запомнилась иная, строгая, не от мира сего красота, постоянно притягивавшая мое внимание. Это был большой иконный угол, украшенный вышитыми полотенцами, с мерцающей зеленой лампадой, озаряющей неведомые для меня, но милые сердцу ясноглазые прекрасные лики, глядящие прямо в душу из-за стеклянных рам, увитых причудливыми цветами, искусно сделанными из серебряной фольги. Помню еще часы с кукушкой и гирями, похожими на еловые шишки, и запах чистого выметенного и сбрызнутого водой глиняного пола.

— Бабушка, кто это за стеклышком? — однажды спросил я.

— Матерь Божия с младенцем Христом!

— А кто они?

— Это Бог, детка. Потом поймешь!

— Какие красивые…

— Тебе нравятся?

— Очень… — прошептал я.

— А если нравятся, то, когда смотришь на них, всегда крестись, внучек.

Но самые неизгладимые впечатления оставили в моем сердце посещения с мамой городского собора, потому что после репрессий против казачества большинство церквей в станицах было разрушено. Эти впечатления сохранились как самые светлые воспоминания моего детства.

И здесь материнское влияние на мою душу стало определяющим. Чувствительное женское сердце, как и детское, острее ощущает потребность в помощи Божией.

Без Бога никогда нет покоя человеческому сердцу, ибо оно обретает покой только во Христе. Поэтому мама, выезжая рано утром по воскресеньям в город, всегда посещала городской собор, куда брала с собой и меня. Противостоя гордым и скрываясь от них, Бог открывает Свои объятия смиренным и Сам является им, пребывая в них и становясь ими.