Птицы небесные. 1-2 части

Со скоростью железнодорожного состава мимо мелькали вперемешку с деревьями глыбы снега и льда, размером с вагон. Сильным ветром с меня сбило шапку и осыпало осколками льда. Если бы не шнурок на ботинке, который задержал меня, в живых бы я не остался.

Когда я перетаскивал тяжелый груз в рюкзаках или волочил веревкой тяжелые бревна, силы мои быстро заканчивались, поэтому я пристрастился к растворимому кофе, который появился с «гуманитарным» грузом. Этот кофе подстегивал тело, заставлял его бешено трудиться. Но после каждой такой работы мне приходилось подолгу лежать, ощущая неприятную дрожь в уставших мышцах.

Силы уходили полностью, восстановление их происходило медленно. После долгого размышления и борьбы с самим собой я решил отказаться от разрушительного подстегивания своего тела растворимым кофе и выкинул банку с кофе в обрыв."

"Ближе к концу февраля я стал чувствовать себя все хуже. Чувство голода немного снимала мука, растворенная в воде. На ней я продержался еще некоторое время. Именно мука помогла мне выжить, но слабость нарастала. Делая земные поклоны, я удивился, что ноги перестали сгибаться в коленях.

Приподняв брюки, я увидел страшную картину: ноги опухли так, что стали похожи на столбы. Кожа свисала складками на щиколотках и коленях. В то же самое время неудержимо хотелось овощей и зелени. Особенно почему-то нарастала тяга поесть вареной красной свеклы, которую я никогда особенно не любил. Как мог я боролся с этими помыслами, но со слабостью тела и нарастающим распространением опухоли вверх по ногам я не мог ничего поделать. В марте, дождавшись плотного наста и ясной погоды, я выбрался из кельи наружу. Сильная слабость и одышка не позволяли быстро передвигаться. А спешить было необходимо, чтобы успеть засветло пройти места с глубоким снегом и добраться до водопада, где снежный покров должен быть меньше.

Хватаясь руками за ветки и стволы деревьев, я медленно спускался вниз. Силы давала одна надежда, что пониже снега будет меньше. Когда я добрался до водопада, то с глубоким разочарованием обнаружил, что снежный покров не уменьшился. От весеннего солнца он подтаял, и я проваливался в него по колена. Началась борьба за жизнь, для которой у меня уже не было никаких сил.

Оставалась только молитва: на каждое слово молитвы я вытаскивал из снега одну ногу, а затем передвигал другую. Потом падал на спину и лежал, глядя в чистое весеннее небо, по которому плыли легкие светлые облака. Как бы я хотел, чтобы мое тело превратилось в такое невесомое облако и мучения на этом закончились. Но тело лежало словно свинцовое, и мне приходилось с огромным усилием поднимать его и заставлять двигаться вперед. Время исчезло. Осталась только молитва и мое движение, подобное движению гусеницы.