Птицы небесные. 1-2 части

Я укрепил его в скальной нише и пропел литию об усопших отцах и братиях. Сын Шишина с удовольствием присоединился ко мне. Но во вторую пещеру он идти отказался.

— У тебя же автомат! — удивился я. — Идем вместе!

— Нет, нет, вы идите, а я постою у входа. Еще выскочит кто-нибудь…

Пещера оказалась темной и достаточно длинной. Скалы казались отполированными огромным потоком воды, который когда-то извергался из недр земли. В конце пещера сузилась и перешла в глубокий колодец. Сколько я ни бросал туда камни, но звука удара о дно не расслышал и повернул обратно.

У входа я увидел встревоженного парня:"

"— Я уж думал, с вами что-то случилось!

— Нет, все нормально.

Просто было интересно. А еще есть здесь пещеры?

— Пещер полно, но только они не такие большие… Простите, батюшка, у меня времени в обрез, домой надо!

Лицо парня выражало нетерпение. Местность мне очень понравилась, и уходить не хотелось. Если бы не Грибза, то я с удовольствием поселился бы в этих пещерах.

«Обязательно приду сюда в следующий раз, — думал я, шагая по тропе вслед за своим проводником. — Может быть, даже сделаю здесь пещерную церковь в честь Предтечи…» Святого Иоанна Крестителя я очень любил и хранил в своем сердце желание посвятить ему на Кавказе маленький храм.

В перерывах между делами мне удалось несколько раз побывать на исповеди у отца Тихона, и в каждый приезд к нему я обретал большое утешение, а также находил для себя четкие и ясные ответы на свои многочисленные вопросы. Раз от разу становилось заметно, что здоровье отца Тихона начало сдавать, но глаза его всегда лучились добрым светом и добротой. Я покаялся ему в том, что, приходя на Псху, теряю молитвенный настрой и возвращаюсь в келью, обремененный воспоминаниями всех разговоров и сельских сплетен.

Поневоле приходилось общаться с женщинами, и это меня сильно смущало.

— Держись Бога, держись, это все монашеские грехи! Нужно и на Псху помогать людям, и молитву не терять. Как тебе говорил отец Кирилл в Лавре?

— Умудряйся… — вспомнил я батюшкины слова.

— Вот, вот, умудряйся с Божией помощью!

И я уходил от отца Тихона каждый раз очень утешенный и ободренный его напутствиями.

Осенью я приехал с милиционером к матушке Ольге:

— Сидайте, сидайте на лавочку, отдыхайте! Отец Григорий, выходи, гости со Псху приихалы!

Мы обнялись с дьяконом Григорием и вручили хозяевам гостинцы от жителей Псху — мед, сыры и орехи.

Дьякон держался молодцом, а матушка выглядела печальной.

— О чем печалитесь, матушка? — посочувствовал я.

— Беда, батюшка! Заболел отец Тихон, наш молитвенник, и, кажется, сильно заболел. Слег и не принимает никого…

— А я как раз к нему собрался, что делать?

— Поезжай с Богом, может, тебя примет!..

Вечером я отправился к дому старца.