Птицы небесные. 1-2 части

Если что нужно, говорите ему!

Войдя в комнату, я спросил у милиционера:

— Валера, не пойму, в чем дело? Раньше таких приключений с туалетом у меня не случалось!

— А они солдатам в чай бром добавляют, вот он и гоняет вас!

Уже стемнело, когда в комнату вошли два лейтенанта спецчасти:

— Пройдемте с нами!

Нас ввели в кабинет начальника погранзаставы, где находились два солдата и старшина.

— Раздевайтесь, обыск!

Мы с иеромонахом сняли подрясники и нательные рубашки. Валерий тоже разделся до пояса.

— Снимайте брюки! — приказали ему пограничники.

Затем они поглядели на нас с отцом Ксенофонтом.

— И вы тоже!

Старшина с солдатами начали исследовать содержимое наших карманов, прощупывая каждый шов одежды. Осмотрели даже носки. Из ботинок вытащили стельки, тщательно проверили обувь.

— Так, так, баксы! — удовлетворенно сказал старший лейтенант, когда старшина положил перед ним на стол две стодолларовые бумажки.

— Откуда?

— Дали в селе на дорогу, — ответил я.

— А что за конверт с деньгами?

— Помощь от верующих!

Командир записал это в какой-то бланк:

— Ваши паспорта и деньги отдадим после, если, конечно, вас выпустят… — усмехнулся он.

— А вы снимайте трусы! — приказал старший лейтенант милиционеру."

"— Сами снимайте! — ответил он с вызовом.

Присутствующие пограничники переглянулись и промолчали. Нам с иеромонахом такого приказа не последовало. Всем дали одеться и отвели в казарму, где заперли в комнате с тремя койками. Мы уселись на них, обсуждая прошедший обыск. В первом часу ночи нас начали вызывать на допрос по одному. Первым вызвали милиционера, затем отца Ксенофонта.

Их долго не было, и я истомился, дожидаясь возвращения своих друзей. Наконец часовой привел их поочередно.

— Что спрашивают? — обратился я с любопытством к Валерию.

— Говорят, зачем вы соврали, что приехали из России? Якобы нас кто-то выдал, когда мы пришли из леса в село со стороны Абхазии… Не просить же у них прощения?

— А что еще спрашивают?

— Да разную ерунду! И не давайте сбить себя провокационными вопросами…

— А что это такое? — хотел спросить я, но меня подняли с койки два солдата и отвели в кабинет начальника спецчасти.

Он начал допрашивать меня, а худенький младший лейтенант записывал мои ответы. Расспросив меня о том, как я попал на Псху и зачем еду в Москву, лейтенант неожиданно спросил:

— В каких отношениях вы состоите с вашей соседкой на Решевей?

— Ни в каких отношениях не состою! — удивился я. — Ей уж под семьдесят лет! Просто помогаю ей чем могу…

— Ага… — поджал губы начальник. — А у нас другая информация!

— Значит, ложная информация! — ответил я.