Проклятый дом

Они вошли в приемную Орлова, где секретарша Верочка, прижимая к уху плечом телефонную трубку, перебирала какие-то бумаги, ухитрялась при этом сортировать справки, акты, протоколы и обсуждать с какой-то подружкой последние крики моды.

— Свободен? — спросил Лев Иванович, указав пальцем на дверь кабинета.

— Не совсем. У него кто-то из министерства. — Верочка изобразила недоуменный вид и добавила: — Хотя он не говорил, чтобы его не беспокоили. Ну-ка, я сейчас позвоню! — Она выключила мобильник, подняла трубку телефона внутренней связи, немного подождала и произнесла: — Петр Николаевич, пришли Лев Иванович и Станислав Васильевич.

Им зайти или подождать? Ага, хорошо. — Секретарша положила трубку и сказала сыщикам: — Он просит извинить. Надо немного подождать.

— Ага. Ну что ж, тогда мы к себе, — проговорил Крячко, с независимым видом развернулся и вышел в коридор."

"Опера прошли в свой кабинет, включили компьютеры. Со вчерашнего дня у Гурова набралось немало почты, и он начал просматривать ее. Стас, позевывая, открыл какой-то дискуссионный сайт и с головой ушел в дебри интернет-публикаций.

Минут через десять Лев Иванович, изучавший содержание своего почтового ящика, услышал сердитую воркотню лучшего друга:

— Ну ты и урод! Козел!

— Что там случилось? — Гуров оторвался от чтения дежурной сводки, присланной информационщиками.

В ней сообщалось о самых серьезных криминальных происшествиях, случившихся в столице за последние двое суток.

— Да тут один чмошник такую гнусь накатал! — прорычал Станислав, явно закипая.

Как оказалось, на новостной ленте одного из популярных сайтов появилось сообщение о сегодняшнем ДТП в Подмосковье. В результате столкновения сразу трех авто погибли два и оказались в реанимации четыре человека.

И вот среди самых разных комментариев — сочувственных, негодующих, вопросительных, пояснительных — Стас нашел весьма пошлый и даже мерзкий. Оставил его, судя по всему, некий, как их называют, интернет-тролль, причем с Незалежной.

Комментируя происшедшее, этот небрат из Цеевропы написал буквально следующее:

«Так вам и надо, клятые москали! Пусть и те четверо поскорее издохнут!».

— Да, мерзавец, он, конечно, конченый, — сказал Лев Иванович. — Ну а ты, конечно же, не мог не ответить на это хамство.

Я прав?

— Ясное дело! Написал все, что о нем думаю! Можешь посмотреть. — Крячко взглядом указал на экран своего монитора.

— Ну, давай. Гляну. — Гуров подошел к столу, за которым сидел друг, посмотрел на экран и прочел: «Ты подлый урод, скотина и мразь!»

— Ну и как? Ничего? — осторожно поинтересовался Стас.

— Знаешь, так оно, конечно, и есть. Ты совершенно прав. Но ведь это, по сути дела, повтор того, что сказал этот мерзавец. Как он там себя величает? Сичевик.