Проклятый дом

Появление постороннего человека этих двоих тоже, как видно, изрядно шокировало. Женщина ойкнула и взвизгнула.

Мужчина грубо выругался и зло проорал:

— …Какого черта?! Ты кто такой и что тут делаешь?

— Гражданин Хантарик? Лаврентий Анатольевич? — невозмутимо спросил Гуров, увидел растерянный кивок и распорядился: — Срам свой прикрой и быстро шагай сюда.

Помянутый гражданин, судя по всему, вдруг осознал, кто к нему пожаловал, быстро обернулся простыней и, недовольно сопя, вышел в кабинет. Он плюхнулся в кресло за начальственным столом, достал из открытой пачки, лежавшей на столе, сигарету, прикурил от настольной зажигалки, сделал затяжку и пустил дым из носа.

— Я слушаю. Что за вопросы? — каким-то неприятным, гнусаво квакающим голосом осведомился Хантарик.

— Полковник Гуров, Главное управление уголовного розыска. — Лев Иванович вновь вынул из кармана удостоверение и спросил: — Гражданин Хантарик, вам знаком Береженников Николай Романович, проживающий на улице Сапожной?

Лаврентий опять пыхнул дымом, теперь уже с нервозностью, пожал плечами и недовольно буркнул:

— Не припомню такого. А кто он и откуда? С какого бодуна я должен его знать?

— Вы помните вашу попытку организовать строительство на месте Артамошина сквера, на улице Сапожной? У людей, проживающих там, это вызвало возмущение, и вам пришлось отказаться от своих намерений.

Одним из инициаторов выступления против строительства как раз и был Береженников. — Гуров внимательно взглянул на Хантарика.

— Так это тот самый зловредный старикашка, который влез не в свое дело и оставил уйму народу без квартир? — осведомился Хантарик и презрительно скривился.

В этот момент из будуара, поправляя платье, вышла пышнотелая девица, которая, пряча глаза, жалобно поинтересовалась:

— Лаврентий Анатольевич, ну так я принята на работу?

— Принята! Иди в кадры, оформляйся, — заявил босс и махнул в сторону двери рукой, в которой дымилась сигарета.

"

"— Это не старикашка, а большой ученый в области медицины, очень уважаемый человек! — строго проговорил Лев Иванович, очень внимательно отслеживая реакцию своего собеседника на эти слова. — Так, значит, вы его помните.

— Ну да, помню, и что из этого? — Хантарик подался вперед и картинно развел руками.

 — Да, он является зловредным склочником, главным врагом тех дольщиков, которым я должен был построить дом. Все было законно оформлено в управе и мэрии, я потратился на технику и стройматериалы, а на деле ничего не вышло. Из-за каких-то баранов почти триста человек, вложивших в это дело свои кровные средства, теперь квартир не увидят еще очень долго.

— Ах какой добрый! — Гуров саркастично улыбнулся. — Прямо отец и благодетель для своих клиентов. Ну, насчет законности мы сейчас уточним.