Пылающие сердца
Кристен Хаардрад с вызовом встретила исполненный холодной ярости взгляд прозрачных зеленых глаз завоевателя. Она стала пленницей Ройса Уиндхерста, но никогда не станет его рабыней. Этот могущественный саксонский лорд встретил достойную противницу в лице прекрасной дочери викингов - она не уступала ему ни в гордости, ни в силе.., ни в безудержном страстном желании. Но Кристен ничего не знала о противоречивых чувствах, раздиравших его сердце: о жажде обладать ею, слышать легкий беззаботный смех, но и о ненависти за совершенное ею много лет назад преступление, в котором она не была повинна...
Она и так была в бешенстве из-за того, что все без конца обсуждали пленных викингов. Ройса превозносили за этот подвиг, хвалили за то, что он заставил этих дикарей работать на постройке укреплений. А между тем эти дикари весь день сидели взаперти в своем сарае, где не было даже окон, в то время как все в доме пировали! Эти дикари были ее друзьями и родственниками!
Если бы она и так уже не была на взводе из-за жары, тех презрительных замечаний в адрес ее друзей, которых она успела наслушаться, было бы достаточно, чтобы довести ее до точки кипения. Достаточно было косого взгляда или неосторожного слова, чтобы она взорвалась.
Когда менестрель исполнял очередную балладу и все на время притихли, Кристен подошла к открытому окну и присела на подоконник, обмахиваясь обеими руками. Приставленные к ней охранники не могли видеть ее со своего места, так как ее загораживали стоявшие у стола женщины, что вполне устраивало Кристен в се теперешнем мрачном расположении духа. Но Ройсу было отлично видно ее, и она перехватила его суровый взгляд, который совершенно правильно расценила как приказ держаться подальше от окна.
Это было уже слишком. Она поднялась и, не спуская глаз с Ройса, демонстративно оторвала оба длинных рукава своей рубахи, как уже сделала однажды, и выбросила их в окно. Она мгновенно почувствовала облегчение, когда прохлада коснулась ее обнаженных рук.
Кристен услышала, как Ройс добродушно рассмеялся над этой выходкой, и его смех заставил ее остановиться, прежде чем совершить еще какой-нибудь необдуманный поступок, и увидеть забавную сторону в происшедшем.
Все это произошло меньше часа назад. Сейчас же оживленный шум голосов в зале начал постепенно стихать, со столов убирали остатки еды, на кухне вовсю кипела подготовка к утренней трапезе.
Кристен думала, что пройдет еще несколько часов, прежде чем ей удастся наконец добраться до постели.
"Если бы Кристен не падала к тому времени от усталости, она, возможно, возмутилась бы его бестактностью, потому что отлично понимала, для чего он так поступил. Он же сказал ей, что собирается своими действиями дать понять приближенным Альфреда, что она находится под его покровительством.














