Пылающие сердца
Кристен Хаардрад с вызовом встретила исполненный холодной ярости взгляд прозрачных зеленых глаз завоевателя. Она стала пленницей Ройса Уиндхерста, но никогда не станет его рабыней. Этот могущественный саксонский лорд встретил достойную противницу в лице прекрасной дочери викингов - она не уступала ему ни в гордости, ни в силе.., ни в безудержном страстном желании. Но Кристен ничего не знала о противоречивых чувствах, раздиравших его сердце: о жажде обладать ею, слышать легкий беззаботный смех, но и о ненависти за совершенное ею много лет назад преступление, в котором она не была повинна...
После того столкновения с Элдредом у него не было возможности поговорить с ней, и первые же его слова очень удивили ее:
– Ты принесла мне извинения сегодня, но я не уверен, что нуждаюсь в них.
– В любом случае ты их получил и можешь распоряжаться ими по своему усмотрению, - предложила она.
– В таком случае, я хочу вернуть их тебе обратно. - Он присел на кровать, согнув одно колено, чтобы повернуться к ней лицом. Его рука потянулась было к ее бедру, потом он заколебался и убрал ее. - Я давно знаю Элдреда. Я знаю, что он всегда рад посеять смуту, где только можно.
– Я не лгала, милорд, - сказала Кристен спокойно. - Я действительно нарочно спровоцировала его.
– Но ведь это он искал твоего общества, а не наоборот.
– С этим я не могу не согласиться, - улыбнулась она.
Он снова протянул к ней руку и на этот раз на секунду положил ее ей на бедро.
– Я еще не поблагодарил тебя за то, что ты проявила такой такт в присутствии Альфреда.
– О нет, ты уже поблагодарил меня, - мягко ответила она Ройс опасался, что Кристен не поймет значения улыбки, которую он послал ей перед тем, как удалиться вместе с Альфредом, но она поняла.
Он улыбнулся, перед тем как встать с постели. Им не удастся поговорить, если он будет оставаться так близко от нее, а ему очень хотелось обсудить с ней их уговор. Он хотел от нее не так уж многого, и при всей ее любви к свободе надеялся, что она не сможет отказать ему.
Он принялся снимать свой плащ, но его пальцы, расстегивавшие золотую пряжку, замерли, когда Кристен села в постели. Простыня свалилась с ее груди и сползла ей на колени, но она и не думала поправлять ее.
"– Итак, наш уговор, милорд?
– Что?
Пожалуй, это было самым тяжелым испытанием в его жизни - оторвать взгляд от этого восхитительного зрелища, чтобы посмотреть ей в глаза. Но выражение ее лица, исполненное надежды, сразу же вернуло его к действительности.
Он судорожно глотнул, повернулся к ней спиной и стал продолжать раздеваться. К тому времени, когда он совсем разденется, им лучше уже покончить с этим разговором, не то его снова придется отложить.
Он прочистил горло, но этот звук был больше похож на тихое рычание.














