Развод.com

На сцене готовится оркестр, настраивая инструменты. Эти звуки разливаются по залу и оседают у меня внутри терзающим душу беспокойством. Два следующих часа я практически не дышу, а, услышав, как воспитанники детского дома, поют о доброте, песню с такими правильными словами, и вовсе — плачу. Тут же поспешно достаю из клатча салфетку и вытираю лицо.

Как только всё заканчивается, двигаясь в потоке, направляюсь на выход и иду туда, где запланирована небольшая встреча с журналистами. Березовский стоит у пресс-вола, окруженный камерами и людьми. Высокий, статный, в деловом сером костюме и с ровно зачесанными по пробору волосами.

— Роман Алексеевич, расскажите, а как поживает ваша супруга? Почему она не посещает светские мероприятия вместе с вами?...

В моей груди что-то вспыхивает и тут же оседает горячим пеплом. Желудок в трубочку сворачивается. Страшно аж жуть, но я, стуча тонкими каблуками, стремительно направляюсь к своему мужу.

— Добрый вечер, — произношу на выдохе, подхватывая его под руку и ослепительно улыбаясь. — Привет, — шепчу, едва касаясь носом плеча.

Рома хмуро осматривает меня с ног до головы, а я ласково сжимаю его локоть, напоминая, что вокруг нас десятки журналистов. И мысленно к нему обращаюсь:

Я твоя семья. Хочу, чтобы все об этом знали, любимый. Больше никогда в жизни не буду стоять за кулисами, пока ты покоряешь этот мир. Мечтаю делать это рука об руку, чтобы все делить пополам: и достижения, и неудачи. Только с тобой.

— Привет, — наконец-то отвечает Березовский, поглядывая на Митволя. — Спелись, значит?

— И ничего не спелись, — шепчу, теперь улыбаясь прямо в камеры. — Просто пришла тебе поддержать в ответственный момент. А Кирилл любезно помог. От тебя ведь не дождешься, Березовский.

Жесткие губы расплываются в полуулыбке, и я тоже выдыхаю.

Худшее позади.

— Роман Алексеевич, можно задать несколько вопросов вашей супруге?

Я умоляюще на него смотрю.

— Только недолго, — бросает.

Я слепну от ярких вспышек и пытаюсь наладить дыхание.

— Наталья, как вам концерт?

— Концерт просто чудесный. Я даже прослезилась — вот настолько трогательно выступали маленькие артисты. Думаю, это большое дело, которым занимается мой муж, просто обязано жить. Это важно для всех.

— Наталья, а что вы скажете по поводу ваших опубликованных недавно фотографий?

Чувствую, как рука Ромы напрягается, и тут же поспешно отвечаю:

— Не знаю, что сказать. Вы ведь видели их? Фотограф явно мне польстил, используя фотошоп, — закатываю глаза.

Все дружно смеются.

— Но это всё шутка, конечно же, — тут же становлюсь серьезной. — На самом деле я хочу сказать, что наше тело — это храм. И, конечно, я поддерживаю своего мужа в желании судиться за правду и мою честь.