Рейтинг-ноль (Альфа-5)

Не сочти за грубость, но я ведь не спрашиваю, чем ты там занималась. У тебя свои дела, у меня свои. Мы случайно пересеклись.

— Неправдоподобно, — упрямо заявила девушка.

— Но всё было именно так."

"— Ну ладно, допустим, ты не врёшь. А тогда, перед выходом в город? Зачем подошёл ко мне?

Я вздохнул:

— Хаос побери, да я не к тебе шёл, а к воротам. Ты просто стояла в кустах на пути к ним, вот и столкнулись. Знал бы, десятой дорогой те заросли обошёл. Нет, это я сейчас пошутил, ты не подумай, что я тебя избегал. К тому сказал, что если стоишь в кустах на моей дороге, это не означает, что я за тобой слежу. Во всех случаях это такие же ненамеренные пересечения. Кроме одного раза, когда я к тебе целенаправленно примчался.

— Ну вот, было же! — торжествующе заявила Кими.

— Никаких «ну вот», — возразил я. — Это тоже не слежка, это случилось в тот вечер, когда я примчался тебя спасать. Тебе подробности рассказали? По глазам вижу, что нет. Когда я возвращался из города в школу, меня остановили безликие. Сказали, что моя копия вот-вот тебя убьёт, а я, мол, должен подождать. Вот я и побежал тебя искать.

Кими поморщилась:

— Это так неправдоподобно, что даже не смешно.

— Придётся поверить.

— Ага-ага, верю. И безликие тебя, конечно, отпустили и вслед помахали ручками. Ну да, два раза верю.

— И как бы они меня задержали, если все умерли?

— Все? Умерли? И сколько же их было, Чак? — насмешливо уточнила Кими.

— Пятеро. Ты разве не видела тогда, что я весь в крови примчался? Это их кровь.

— Чак, ты такой фантазёр. Пять безликих, это пять безликих. Ты бы три шага не прошёл, останови они тебя.

— Мне надо было дойти, и я дошёл, — стоял я на своём. — Вспомни этих элементалей. Тебя они удерживали и почти порвали, а я с ними быстро разобрался.

— Хочешь сказать, что ты великий герой?

— Я лишь намекнул, что кое-что умею. Вот и представь, что с теми безликими тоже разобрался. Хотя зачем я что-то доказываю? Не хочешь, не верь, но всё так и было. То был единственный случай, когда я специально к тебе прорывался. Я должен был это сделать.

— Откуда у тебя такие долги, Чак?

И я, неожиданно для себя, ответил честно и без уловок:

— Семейная обязанность. Я не имел права стоять и ждать, пока тебя убивают.

Сказал, и почувствовал неимоверное облегчение.

Да, развитие такого разговора, возможно, добавит мне проблем. Но у меня их уже и без того столько, что несколькими больше или меньше — разницу не замечу.

А вот высказаться впервые за два с лишним года — это, оказывается, и приятно, и сил прибавляет, и мозги прочищает. Не зря язык помимо воли заработал, он понял, что мне сейчас надо.

Кими нахмурилась:

— Я вообще перестала тебя понимать. Обязанность? В смысле — семейный долг? Но ты не из моей семьи.

— А я и не говорил, что из твоей. Семейный долг разный бывает.