Рожденная жить

— Ты даже не хочешь поздороваться со мной, милая моя? Ну, не обижайся ты на меня, старика. Придет время, и я все исправлю. Красоткой тебе, правда, уже не быть, но ребеночка Гилу ты еще сумеешь родить. Порадуешь и его, и меня. Может, даже успеешь увидеть, как твое дитя вырастет. Поверь мне, у нас все получится.

Услышав его, я от всей души начал молиться богине, нашей заступнице и покровительнице, и просил не за себя и даже не за брата, просил милости для сестры, чтобы не попала она в лапы этого мага живой.

Принц Кристиан

Лин! Моя Лин! Солнышко мое любимое! Где же ты? Боги, защитите ее! Я прошу лишь об одном, где бы ты ни была, лишь бы подальше отсюда. От этого зала, от этого мага, от этого сумасшествия и боли!

Бедная девушка. Невыносимо смотреть, не имея возможности помочь. Понимаю, что ее мучения отдаляют мои, но я бы поменялся с ней, лишь бы не видеть ее страданий и точно знать, что моя принцесса никогда не окажется на этом столе в руках этого безумца. И именно теперь я от всей души хочу верить, что близнецы не ошиблись и Айвенлин далеко от этого зала. Пусть она придет в себя, когда с нами уже будет все кончено, тогда она сможет уйти за помощью. Пока же мы живы, она будет здесь. Моя храбрая девочка никогда не оставит нас в беде.

Только стоя одной ногой в могиле, понимаешь, как хороша жизнь, как ласково светит солнце и улыбается красавица-жена. Понимаешь, что такого чуда, как она, и такой любви в твоей жизни уже не будет, даже если ты выживешь.

А как же хочется жить!"

"Закричала девушка, и я, не выдержав, открыл глаза. Маг суетился возле стола с противоположной от нас стороны, и наверняка неспроста именно там, вынуждая нас смотреть на его зверство. Гил безучастно стоял в стороне. Я прекрасно понимал, что Марселу доставляет удовольствие видеть наше негодование, нашу боль и переживания, которые мы не в состоянии скрыть. А девушка уже не кричала, а хрипела, захлебываясь зельем, которое Марсел вливал в ее горло, поддерживая голову рукой. Тело же ее при этом буквально выворачивало, и она билась в путах, как маленькая птичка в охотничьих силках. Внезапно все прекратилось. Магистр заинтересованно склонился над столом, и именно в этот момент Нели открыла глаза, заставив его от неожиданности отшатнуться. Это было страшно. Глаза были просто огромные для такого маленького исхудавшего личика. Их цвет не определялся. То ли зрачок был расширен так сильно, как только возможно, то ли они были черного цвета, и все это сопровождалось сплошной краснотой от полопавшихся мелких сосудов. Ее взгляд был устремлен в пустоту. А безумец, радостно потирая руки, начал перебирать инструменты, одновременно посматривая на нас и давая пояснения:

— Маг, мальчики, это прежде всего ученый муж, который не только использует известное, но и создает новое.