С видом на Нескучный

Не подстраиваться ни под чье настроение, не вступать в беседы, когда нет сил, не варить суп после работы, не гладить белье, когда мысль одна – лечь и вытянуть ноги.

Не удавалось. Никогда ей не удавалось жить так, как хотелось. Ко всем она приспосабливалась. Сначала к мужу, которого очень любила, но тот не оценил и все равно ушел. Потом к маме. Нет, к маме всю жизнь. Она всегда была недовольна Линой. Та ходила к психологу, и ей объяснили, что у матушки жизнь не сложилась и она внушила себе, что Линина жизнь должна состояться, но Лина не оправдывает ее надежд. Отсюда и недовольство.

Ничего себе! Получалось, что Лина отвечала не только за свою несложившуюся жизнь, но и за мамину?

Капризничали все – сначала муж, потом дочь, ну и мама не отставала. «Вы вьете из меня веревки! – плакала Лина. – Вы сели мне на шею!» Дочь смотрела на нее как на сумасшедшую и крутила пальцем у виска. Мама качала головой и соглашалась с внучкой. Лина уходила к себе и продолжала реветь.

Все правильно, мы сами творцы своей судьбы. Позволила – присели и понукают. Слабая она, бесхарактерная. Тряпка и росомаха. Все по заслугам.

Взять хотя бы деньги. Всю зарплату она сдавала главбуху – маме. Надев очки и приняв крайне суровый вид, та усаживалась за стол. Перед ней лежали тетрадка, ручка и скрепки. Этот процесс назывался «распределение бюджета».

«О господи, слава богу, что меня отстранили», – думала Лина и шла на кухню пить чай. Бухгалтерию, как и математику и планирование, Лина ненавидела от всего сердца. Но через десять минут ее призывали. «Лина! – кричала Тамара Андреевна. – Иди сюда! Мне нужна твоя помощь!» Вздыхая, Лина брела оказывать помощь."

"А в общем мама права – у них семья, а значит, решения принимаются сообща, совместно, на, так сказать, семейном совете.

Распределялись деньги примерно так: питание, коммуналка, непредвиденные расходы – эта стопочка была самой тонкой, – «на черный день». Эта стопочка была еще тоньше. Да и что там зарплата штатного переводчика небольшого издательства – слезы!

Была еще мамина пенсия, иначе не выжить. Но! Пенсия Тамары Андреевны, вернее ее большая часть, шла в заначку, в «непредвиденные» и «чернодневные».

Лина за этим не следила, да и деньги эти хранились у главбуха. «Так спокойнее, – сурово говорила Тамара Андреевна. – Тебе только дай!»

И правда, копить и откладывать Лина не умела. А вот тратить – пожалуйста, с очень большим удовольствием!

На углу Профсоюзной располагался универмаг, и однажды, когда настроение было отвратным, а погода ветреной и дождливой, Лина, с минуту подумав, все же зашла в магазин.