С видом на Нескучный

Засохший букет решительной рукой выкинула мама:

– Ты что, решила вспомнить детство и сделать гербарий? И вообще, сухие цветы – это кладбище!

В конце сентября Лина поехала на дачу.

Ах, как там было здорово! Бабье лето – всё как она любила.

Но и работы навалом – год выпал яблочный, а это означало, что весь участок оказался усеян упавшими и подгнившими яблоками.

У забора рос старый, разросшийся куст шиповника. «Мой розовый сад, – грустно усмехнулась Лина, – мой скромный, заросший, лохматый и неухоженный сад. Мой, и этим все сказано. Мой любимый».

Лина вздохнула и принялась за работу.

А потом пошел дождь, внезапный и неожиданный, не дождь, а настоящий тропический ливень, и, охнув, Лина бросилась на крыльцо. Она стояла на крыльце и так горько плакала, словно ее прорвало из неисправного крана или внезапно прорвавшейся трубы.

Да черт с ним, с дождем!

Лина вышла на улицу и запрокинула голову.

Она ревела, а слезы смешивались с дождем, соленые слезы с пресным дождем, и текли по щекам, губам и подбородку, попадали на язык, и кто там разберет, где слезы, а где вода?"

"Ей было так жалко себя, что слезы не останавливались, текли и текли. Ну почему все так, почему? Почему она одна, и все на ней, как всегда, все на ней: и дом, и работа, и эта дача, и горы подгнивших яблок, которые невозможно собрать, и подушки, и одеяла, и кухонная утварь, которые еще предстоит убрать, а внуки и дочь отказались, у них дела, важные дела, которые нельзя отменить.

А у нее почти нет сил, хотя она недавно отдыхала, а сил не прибавилось, да и настроения тоже… И деваться некуда, нельзя же уехать и все оставить…

Почему она все на себя взвалила? Почему за все отвечает? Вспомнила подруг, с которыми поделилась историей с Уильямом совсем недавно.

– Все правильно ты сделала, какой там «останься»? – сказала Ламара. – Совсем незнакомый и чужой человек! Что ты вообще о нем знаешь? А может, он шизофреник или алкоголик? Какой там розовый сад! Наш розовый сад – это… – Ламара обвела рукой кухню. – У меня вот здесь, на кухне. А у тебя – на работе, Лин! Мы не для той жизни, у нас все по-другому. И вообще – в наши годы привыкать к чужому мужику? Ой, не дай бог! Тут родного и близкого, отца твоих детей, про которого ты все знаешь и к которому привыкла, иной раз хочется зашибить. И вообще другая ментальность!

Светка выступила еще категоричнее, хотя мнение ее было прямо противоположное:

– Ты дура? Как ты могла? Тебе выпал шанс. Случай! Нет, ты не дура, ты идиотка. При чем тут дети и мама? При чем тут работа? Господи, ну о чем с тобой говорить? А может, все можно исправить? Может, он тебя примет?

– Ну да, – усмехнулась Лина, – сейчас позвоню и извинюсь – дескать, одумалась. Прикинула и решила. Короче, встречай! Нет, Светка. Проехали. Я его очень обидела.