С видом на Нескучный

 – Бабке Зине? А может, муженьку твоему бывшему, который тебя бросил? И заодно его женушке, этой суке Лариске? А, да! Вы же подруги. Ну все, мам, хватит! Побойся бога! При чем тут не по-людски и не по-христиански? А они с нами – по-христиански? Все, мам. Все. Тебе дай палец – руку отхватишь.

В общем, как часто бывало, в очередной раз поцапались. Вечером позвонили сестрички-риелторши и заныли в два голоса – одна в трубку, другая на заднем фоне, – что аванс взять не удалось, все сорвалось, потому что «мы вам говорили, мы вас предупреждали, не надо было с уголовником связываться. И вообще – вы нас извините – лучше искать лицо славянской национальности!».

Взбешенная, Вера швырнула трубку. Все решили ее доконать. «А вот все брошу и уеду в Москву! И не пошли бы все вы! И вы, уважаемая Галина Ивановна, в первых рядах! Ох, мама…»

Эмоции эмоциями, а дело надо закрыть. Она не привыкла бросать на полдороге. В голову пришла очередная мысль про маму и их отношения. Неужели она, Вера, взрослая и состоявшаяся женщина, многое пережившая и давно сформировавшаяся, ее боится? Даже себе признаваться в этом совсем не хотелось…

Нет, Вера просто хорошая дочь и бережет мамины нервы, считается с ней и не хочет ее расстраивать.

Гены, что делать, мама тоже сильная женщина. Попробуй прожить ее жизнь. Прожить и не сломаться, не свихнуться, не возненавидеть весь мир."

"«Господи, пошли мне покупателя! Поскорее пошли! Это ж такая ерунда. Мне нужен всего один человек». Если бы не мама, Вера давно бы забила на эту историю и все давно бы решила: отдала бы маме свои деньги и сказала, что это от продажи квартиры. Но этот номер не пройдет – мама ждала документов купли-продажи. Маму не провести.

Весь вечер провалялась на кровати, позвонила Татьяне, естественно, поскулила, потом устыдилась – у Таньки операция, а она ноет. Стыдно. Татьяна, как всегда, была собранна и спокойна. «Переживем и это» – главный слоган ее жизни.

Татьяна – кремень, несокрушимая скала. Такая же, как Галина Ивановна и сама Вера. Вот уж закаляет родная страна своих женщин. Вот уж гнет их, как проволоку, ломает, как горбушку, крутит, как белку в колесе. А они – да вот они! Красивые, ухоженные, отчаянные. Готовые к любым трудностям, к любым проблемам – и это переживем, и с этим справимся! Мы ж закаленные! Поставить в такие же условия какую-нибудь бельгийку или швейцарку, а можно чешку или немку, все равно. Как в космос послать, в качестве эксперимента.