Сагертская Военная Академия

 — Какое вам дело до состава моей команды? И какое мне дело до состава вашей?

— В прошлом были случаи, когда в академию принимались магистры и архимагистры, — усмехнулся я. — И если это становилось известно, то на встрече капитанов можно было проголосовать против такого «студента». Обменяемся бумагами.

Фраган вышел из-за моей спины и отдал капитанам по листку. Огненная пробежалась взглядом по списку, где были не только имена, но и возраст наших сокомандников, и вернула бумагу:

— Возражений нет."

"— Маэлин Конлет? С каких пор военная академия берет в команду слабосилков? — с прищуром спросил Стевен Тенеан.

— Слабосилков? — с интересом переспросил я. — Мэль находится на среднем уровне по академии, если говорить о ее боевых навыках.

«На таком среднем уровне, который ближе к низкому», — хмыкнул я про себя, вспомнив идеально подходящую характеристику Эдилхарда.

— И при этом она уже дипломированный целитель младшей ступени. Исключительная находка для команды, — с усмешкой произнес Фраган.

— Я голосую против ее участия, — резко произнес Стевен и смял листок.

На мгновение в переговорной повисла тишина.

Кто-то более поэтичный, нежели я, назвал бы ее звенящей. Но всю атмосферу нарушил несдержанный смешок Фрагана:

— Вот так запросто? Целитель, ты хоть что-то о турнире читал? Ладно эти, стихийники. Они давно в своем мире живут, но ты-то!

— Мой второй номер хотел сказать, что просто слов недостаточно. Вы должны обосновать свой голос. Назвать причину, по которой наличие Маэлин Конлет в команде Сагертской Военной Академии дает нам незаконное преимущество. Любые иные причины недопустимы.

Огненная, внимательно осмотрев кабинет, села в свободное кресло и закинула ногу на ногу.

Ее второй номер встал за спиной своего капитана и принялся внимательно за нами наблюдать.

— Я запрещаю Маэлин Конлет участвовать в турнире на основании того, что она моя невеста, — свысока бросил Тенеан.

А я поразился тому, что у такого ничтожества может быть такая исключительная невеста. Любит Отец-Хаос, конечно, любит пошутить, но не до такой же степени!

А пламя, уже несколько лет живущее в моих жилах, взревело, заставляя кровь кипеть. Сжечь. Сжечь, невзирая на уродство, — вот требования огня, поселившегося в моем теле.

Увы, иглы боли, сопровождавшие каждую услышанную мною ложь, могли бы притушить неугасимую ярость хаотичного пламени, но… Лжи не было. Это существо имело право называть Мэль своей невестой. Отвратительно.

Мой добрый друг заметил, что я не способен вести диалог, и вновь вступил в разговор:

— Вы можете попытаться запретить Мэль участвовать. В частном разговоре двух частных лиц. Но межличностные отношения — это не повод инициировать голосование.