Сагертская Военная Академия

Сама Мера в это время пила кофе, дымила трубкой и ехидно комментировала наши жалкие попытки рассчитать заклятье для смены окраса у цветущих растений.

— Может, мы напишем алворигу Солсу, что это редкое фамильное заклятье? — мрачно спросила я и помассировала шею. — Уже десятая ромашка лепестки отбросила!

— А что вы будете делать, когда вновь попадете в казематы? — с нескрываемым интересом спросила Меровиг.

— Мы туда не попадем! — возмутилась Нольвен.

— Да вы вроде и в этот раз не собирались, — бабушка флегматично пожала плечами, — но ведь попали.

— Так-то да, — вздохнули мы с лисонькой в унисон.

— Попробуйте перестать считать и начните думать, — посоветовала Мера и встала, — мы с алворигом Нортренором идем на прогулку, к морю. У вас два часа на все.

— А что потом? — настороженно спросила я.

— А потом у вас собеседование с ректором Сагертской Военной Академии. Я не предупреждала?

— Нет, — обиженно произнесла я.

— Ну, значит, предупредила. — Мера пожала плечами и встала. — Давайте, девочки, думайте, прежде чем за таблицы хвататься.

Дверь библиотеки захлопнулась, и в этот же момент Лилей высунулся из своего горшка.

Удивительно, но цветок мог полностью зарыться в землю. Хотя, возможно, ему это удавалось из-за священного трепета перед бабушкой? Мера этим утром долго и вдумчиво беседовала с Лилеем и, как мне кажется, обрисовала ему его яркое, но недолгое будущее, если он применит к нам свой яд.

— Почему мне кажется, что ей известно заклятье, которое нам нужно? — мрачно спросила Нольвен и положила голову на скрещенные руки.

— Кажется? Да я в этом уверена! Бабушка и ее экстремальное обучение. — Вздохнув, я встала из-за стола и повела плечами.

 — Может, по чаю?

— Ага, по чаю, — буркнула моя лисонька и подтащила к себе ворох таблиц с классификацией всех общеизвестных заклятий. — Скажи еще — с печеньем.

— Можно и с печеньем, — я пожала плечами, — почему нет?

Нольвен укоризненно посмотрела на меня и наставительно произнесла:

— Потому что под чаек с вкусняшкой время летит втрое быстрей. Оглянуться не успеешь, а уже пора на ковер к ректору Аделмеру. Чай — это магия, пожирающая время.

— Но ведь оттого, что мы бессмысленно пялимся в таблицы, ничего не меняется.

Лилей, у тебя есть идеи?

Цветок забавно напыжился, а после изобразил тяжкий вздох. Ясно, идей нет ни у кого. Хотя…

— Знаешь, — я села обратно за стол, — стоит набросать письмо алворигу Солсу.

— С надеждой на ухудшение его зрительного нерва? — с интересом спросила Нольвен.

— Нет, — я улыбнулась, — с чистосердечным признанием.

Моя лисонька вновь отложила таблицы и подперла подбородок кулаком:

— М-м-м, что-то вроде: мы, такие-то такие-то, в такой-то день совершили хищение…

— Не-а, — я улыбнулась.