Секретарь старшего принца 6

— Публичность требования решила бы эту проблему. Ты могла бы попросить о помощи Лина: он хорошо к тебе относится, и его можно соблазнить экспериментами над вампирами, особенно над их лидерами. Я подтолкнул тебя к Валерии, и ты могла использовать её тоже. Но ты эти варианты даже не рассматриваешь, ведь правда? Ты сама делаешь всё, чтобы твоя жизнь была связана с Элором.

— Дарион, я бы не согласилась выйти за тебя, если бы…

— Ты даже в постели не можешь мне отдаться. Что бы я ни делал, ты никогда не распахивала подо мной крылья!

Вода нервно подрагивала на полу. Глупо было думать, что Дарион, всю жизнь проживший рядом с драконами, не выяснил такой маленький интимный нюанс как неконтролируемый выпуск крыльев в момент оргазма.

— Дарион, я любила тебя. Может, не так, как должна любить женщина, но я любила тебя за то тепло, за те чувства, что давали мне твои эмоции. За то, что ты меня согревал. За то, что любил. А ты своими руками отдал меня тому, кто ненавидит меня и боится так сильно, что я всерьёз думаю: Элор скорее убьёт меня, чем позволит связи избранных между нами возникнуть. Что он убьёт меня, испугавшись, что я уже залезла ему в голову и что-то там поменяла.

Ты так увлёкся тем, что я чувствую к Элору, что совершенно забыл о том, что он чувствует к таким, как я. Ты обрёк меня на одиночество и страх.

— Или на изменение его сознания. Ты можешь убрать страх Элора перед менталистами.

Я горько рассмеялась:

— Ты тоже считаешь менталистов этакими всесильными существами, которые по щелчку пальцев могут перекраивать сознания?

Дарион внимательно смотрел на меня. В тусклом свете там, на границе комнаты, его глаза под надбровными дугами казались тёмными провалами.

Похоже, ему нечего было ответить.

— Изменять существ довольно сложно, — тихо ответила я. — Изменение таких глубинных эмоций, переживаний, страхов требует кропотливой глубинной переработки воспоминаний, всего сознания. Это больше, чем просто стирание каких-то фрагментов памяти. Это изменение личности. Моего отношения к нему тоже. И не забывай о том, что такие перемены в поведении Элора вызовут подозрения у семьи в том, что я с ним что-то сделала. Учитывая историю моего дедушки — вряд ли они обрадуются моему вмешательству в мозги Элора.

— То есть ты просто боишься, — осторожно предположил Дарион.

Я качнула головой и уткнулась лбом в сложенные на спинке руки:

— Ты не поймёшь.

— Я полагал, драконы радуются, обретя избранных, пытаются наладить с ними жизнь. И Элор может помочь тебе принять истинную форму.

Сердце кольнуло бесполезной тоской.

Оттолкнувшись от спинки, я слезла с кресла. Вода ходила волнами под моими босыми ногами. Подойдя к сидящему на корточках Дариону, я опустилась перед ним на колени. Опустила ладони на покрытые чеканной бронёй плечи.