Секретарь старшего принца 6

"

"Он поднял инструмент выше и ударил по струнам. Ударная волна задела даже меня, взметнула песок, засыпая глаза, я отвернулась и увидела падающих от этого удара грифонов с эльфийскими лучниками.

Никсэ точно надо убивать, не знаю, что с ним случилось, но он неприлично силён.

Снова он один подавлял музыку целого оркестра бардов созидания. Наши ещё держались, но благодаря тонкому слуху я чувствовала, как дрожит, ломается и постепенно разрывается их мелодия, да и физически это ощущалось: никакой бодрости от их воздействия не было.

Встав твёрже, я спросила: «Жаждущий, можно усилить твои удары?»

«О, ты, наконец, спросила.

Да, можно, для этого надо влить магию в лезвия. Чтобы не я брал, а ты давала».

Я ухватила лезвия, собираясь влить в них магию, и тут увидела, что через хребет на Элора попёрла ещё одна трёхглазая тварь. Ланабет отстреливалась от напиравших с другой стороны вестников-драконов. Я рванула к Элору.

В рядах наших войск послышался какой-то шум, но мне было не до этого, я расправила крылья, перемахнула метров сорок и приземлилась рядом с грызшимся с вестником-драконом Элором, встала между ним и новым нападающим.

Ударила. С лезвий сорвались огненные искры. Визуально удара будто не было, но монстр чуть пошатнулся. Видимо, получился чисто магический выброс-удар. Я попробовала влить магию в лезвия, но монстр ускорился. Огромный, он просто снёс бы меня, и я ударила, била снова и снова, хлестала лезвиями. Самозабвенно, почти не задумываясь, с одной целью — прогнать, уничтожить. Я била, и воздух гудел, заглушая, искажая иные звуки, металась пыль, взлетал песок.

Рядом рычал Элор, пытаясь продавить тварь, вспарывающую когтями его бок, а другая тварь, преодолевая сопротивление моих ударов, шла на нас.

Третий глаз на лбу порабощённого дракона вытаращился.

Уничтожу! Уничтожу! Я скрипела зубами и хлестала лезвиями по воздуху, направляя удары в монстра, а он шатался, скалился, и пёр на нас. Рука немела. У меня от бесконечных ударов немела рука.

«Справимся», — уверил меня Жаждущий, но напиравший на нас вестник — а вестника могли убить лишь драконы правящих родов! — был слишком велик, размером с крупного дракона, и хотя мои невидимые удары взрезали его плоть, взрезали черноту возле третьего глаза, прорезали один его настоящий глаз, он будто совсем не чувствовал боли.

Он хотел только убивать.

Уронив руку, я глубоко вдохнула и крикнула:

— Назад!

Тварь попятилась.

Дёрнув плечом, я коснулась горячих лезвий уруми, прикрыла глаза и влила в него силу от всей души.

Снова я вдохнула, почти небрежным движением завела рукоять вместе с лезвиями себе за спину.

«Целимся в третий глаз», — предупредила заранее, по сотрясению земли, по движениям по краю поля зрения понимая, что времени у меня мало.

«Да не тупой я, всё понимаю».