Семья (не) на один год

Снова без гарантий на его приезд. И без прав о чем-либо просить.

Словно привычка ждать, которая не лечилась ни годами, ни разводом.

Представить было сложно, как я выдерживала это раньше. Целых семь дней убийственной паузы. В учебе, в делах. Без взглядов. Без поцелуев. Без ласки.

Вроде бы жена. А вроде...

В двадцать семь лет многое виделось совсем не так, как в двадцать два. Я помнила, что была тогда счастлива. Что умирать при каждом расставании и воскресать при каждой встрече, было как дышать воздухом — легко и неизбежно.

Но, несмотря на это, хотелось пожалеть себя прежнюю. Усадить на колени, погладить по спине и убедить, что так нельзя.

Для женщины, которая за пять лет так и не построила отношения с другим мужчиной, наверное, это выглядело смешно. Как один слепец, жалеющий другого.

Но именно сейчас впервые мне стало горько за саму себя. До слез. До четкого понимания, что эта неделя последняя и никаких повторений больше не будет, как бы Никита ни просил.

Именно в этой горечи прошли первые два дня. За них я перепроверила все заявки от больниц и снова лично переговорила с заведующими.

В спокойном ожидании незаметно закончился третий и четвертый день. За них я успела съездить на кладбище к приемным родителям и отвезти целую машину игрушек в свой детский дом.

А на пятый — в мою жизнь ворвались Наташа, двое ее детей и изменившийся до неузнаваемости Лёшка.

Они веселыми криками и смешными шутками заполнили дом. Забрали себе все время. И еще на день ожидание превратилось в обычный фон без особых надежд. Чуть горький, но вполне терпимый.

* * *— Что-то ты, подруга, совсем не похожа на счастливую невесту, — когда шум и гам немного поутих, заметила Наташа.

— Да! Выглядишь точь-в-точь как эта звезда, когда дала мне от ворот поворот. — Лёшка кивком указал на жену.

— Нет, всё в порядке.

Врать этим двоим было плохой идеей. За годы учебы в институте мы здорово изучили друг друга. Но окончательного решения по свадьбе у меня пока не было. Я не думала об этом. Боялась заглядывать в будущее.

— Вот Наташа тогда тоже говорила, что всё в порядке. Мол, я ей и даром не нужен. А потом через три месяца на север ко мне прискакала.

Он по-хозяйски притянул жену к себе и поцеловал в щеку.

— Ну... я точно не беременна. — Я откашлялась."

"— Так я тоже не из-за пуза к нему поперлась, — рассмеялась подруга. — За три месяца так соскучилась, что думала, на луну выть начну.

— Она и подвывала, — тут же, смеясь, подтвердил Лёша. — Приехала ко мне такая королевна, мало того, что живот уже был виден, так еще выла от всего на свете. Квартиру мою увидела — заревела. Номер в отеле для этой принцессы снял — снова взвыла.