Семья (не) на один год

Я не поверила ни единому слову этой женщины, но внутри все странно похолодело.

— Никита из тех мужчин, что с годами не меняются. — Незнакомка подошла поближе и протянула руку. — Кристина.

В ответ я даже не дернулась.

— Впрочем, можешь не представляться. Я читаю новости. — Усмехнувшись, Кристина убрала ладонь. — Валерия. Наследница банковской империи Муратовых и новая жена Никиты. Попытка номер два.

До этого я еще терпела хамское отношение к себе этой дамочки. Однако теперь нимб слишком сильно сжал голову.

— Приятно оставаться.

Воспользовавшись тем, что возле двери наконец свободно, я двинулась на выход.

Не дошла всего пару метров.

— В прошлый раз он меня здорово удивил, женившись на той бледной моли, — раздалось в спину. — Мы очень долго были вместе. Никто не спешил обмениваться кольцами и навешивать на себя обязательства. Нам было хорошо и без штампа в паспорте. А зимой... Четыре года назад Никита сильно изменился.

Я остановилась как вкопанная. Поворачиваться к Кристине не хотелось, но и уйти не могла. Ее слова против воли держали. Как канаты. Невидимые и прочные.

Не стоило позволять собой манипулировать, но в памяти всплыл Никита. Не сегодняшний. Нет! Тот, которого я встретила зимой четыре года назад.

Как сейчас помнила нашу ночь и мой первый поцелуй. Такой нежный, долгий и волнующий. Казалось, все у нас по-настоящему. Легко и естественно. Даже смущения, которое теперь регулярно сбивало с ног, не было.

— Никита тогда катался в Питер. Дня на два или три. Уже не важно, — продолжила Кристина. — А вернулся другим. Подарил мне красивое колье. Сказал, что устал. А потом, спустя какое-то время, нашел невесту. Алинку-апельсинку.

Будто все это происходило прямо сейчас, глаза Кристины заблестели от слез. Похоже, она, как и я, мысленно вернулась в то прошлое. Горькое для нас обеих.

— Я, дура, голову ломала, кто ж его так изменил? Никита ведь сам не хотел серьезных отношений. Бежал от них как от огня. А тут... — Она быстро промокнула глаза и снова с вызовом уставилась на меня. — Ты же из Питера? Сколько тебе тогда было? Семнадцать? Девятнадцать?

— Восемнадцать...

Я совсем растерялась.

— Взрослая. Как раз...

Кристина тряхнула густой гривой, будто прогоняя ненужные мысли. И, словно устала от роли несчастной жертвы, ехидно улыбнулась:"

"— Но это уже не имеет значения. — Она махнула рукой.

— Что вы хотите сказать?

— Никита полтора года верен Алине. Даже если сможет перебороть себя и изменить ей с тобой... все равно ты не займешь ее место. Мертвецов не снимают с пьедестала. С ними не соревнуются.

Словно врач перед выпиской, Кристина окинула меня с ног до головы внимательным взглядом.

— К тому же он никогда не простит себе смерть ребенка.