Сердце Дракона. Десятый Том. Часть 2

"

"И с каждым ударом сердца, с каждым мгновением, которое она тратила на то, чтобы удержать существо в каменной ограде, её Ядро стремилось к полному истощению и разрушению.

— Пусть она снимет каменный покров.

Хаджар повернулся к Анетт и невольно сделал шаг назад.

Если раньше он подозревал, что в племени Шук’Арка некромантию изучал Аблим, то теперь был уверен — нет, не Аблим.

Некроманткой являлась никто иная, как Анетт.

— Рекка! — закричал Хаджар и взмахнул рукой. — По моей команде — сними барьер!

После этого, встав позади Эйнена, он взмахнул рукой. Очередной трюк, теории которого его обучил Орун. Хаджар поднял над собой меч. Мистерии уровня Графства Оружия прошли сквозь его сердце и душу прямо к руке, затем соединившись с Черным Клинком они преобразились в хвост дракона, свитый в кольцо.

Если еще недавно Хаджар был способен защитить им только себя, то сейчас накрыл площадь в восемь шагов и закрыл весь отряд.

— Я больше не удержу, Северный Ветер! — едва ли не рыдала Анетт. Что-то причиняло её жуткую боль.

— Сейчас, Рекка!

Геран вытащила из земли клинки и из последних сил нырнула внутрь драконьего хвоста.

В ту же секунду с пальцев Анетт сорвалось её жуткое заклинание.

Глава 883

Глава 883

Обнаженная чернокожая сжимала в руках белесую субстанцию. Та постоянно меняла свою форму, но стремилась к внешнему виду обглоданного до кости черепа.

Из неё жгутами в землю опускались белые сгустки. Они исходили из начертанного на земле символа, на определенные участки которого Анетт успела положить связки костей, какие-то камешки и окровавленный лоскут собственного платья.

Когда Рекка вытащила клинки из земли, то каменная клеть потеряла подпитку энергией.

— Вааааар! — демон, рыча, крушил своим энергетическим молотом камни.

Щебень, разлетавшийся от его ударов, пробивал стволы деревьев, превращая их в решето.

— Варвар! — Эйнен открыл свои нечеловеческие, фиолетовые глаза. — Вместе!

— Давай!

Хаджар направил поток мистерий в сторону Эйнена. Тот сделал тоже самое. Радужная Обезьяна подняла щит черепашьего панциря. Он замерцал, засиял нефритом, а затем влился внутрь свернутого вокруг адептов драконьего хвоста.

Из призрачно серого тот преобразился в такой же зеленый, как недавно — щит Эйнена. Став намного плотнее, реальнее и сильнее, он завибрировал когда в него врезался дождь из щебня.

Хаджар с удивлением понял, что если бы они с Эйненом продолжили держать защиту по отдельности, то ничем хорошим для отряда это бы не закончилось.

Как минимум, многие лишились бы своей Императорской брони, в которую к этому моменту уже все успели облачиться.