Север в сердце

- Как мы можем тебе верить? – наконец их предводительница встала и посмотрела мне в глаза.

- Можете мне не верить, но у вас просто нет других шансов. Даже если вы оставите нас у себя, мой муж сам, пусть долго, но будет искать. И мои следы, которые я оставляла на дороге – знаки, которые знаем только мы, укажут ему дорогу. Это больше трехсот вооруженных мужчин. Знаете, что такое «трехсот»? – я оглянулась, и все женщины сейчас крутила головами. – Я подняла обе ладони, показывая пальцы. – Знаете, что это десять?

Все мотали головой, и не понимали, тогда я взяла палку, разровняла землю на полу, и нарисовала десять столбиков по десять палочек.

"

"- Столько, столько, и еще раз столько, - подняв на них глаза я увидела страх. – А в нашем стане еще больше. И если вы хотите почувствовать их гнев, то мы можем еще погостить у вас, попить вашей отравы, которую вы с удовольствием пьете, убивая своих детей. Отпустите нас к большой воде, и я обещаю, что мы с радостью поделимся ч вами чем можем. Сейчас в нашем стане только женщины и дети – наши мужчины отвоевывают наши земли у тех, кто решил их отнять. Они сами сейчас ответственны за урожай.

Им приходится тяжело работать. Если мы не успеем, то и урожай собрать будет некому. Наши дети просто умрут от голода, а наши земли заберут предатели, - я села и не спрашивая наложила из котелка кашу в миску, но отстранилась, от предложенной мне одной из женщин вареной моркови – кто его знает, что с ней не так.

В стане была тишина, только блеяли козы и стрекотали в темноте кузнечики, давая понять, что завтра снова будет жара.

Рано утром я проснулась от гомона на улице. Я выглянула из дома – на улице стояла толпа.

Женщины спорили и ругались с Манурой и ее помощницами. Тиара и девушки, которые охраняли Юту, судя по всему, тоже были против Мануры.

- Давайте отпустим их, и я готова показать дорогу до большой воды, дождаться их людей, проверить не врут ли они, и вернуться, все рассказать вам. Мы не должны просто так сидеть и ждать, Манура. Там триста мужчин, для которых нет женщин у них, и они могут остаться у нас, - Тиара уже начинала ходить с козырей, и толпа ее поддерживала. Но Манура твердила свое «нет».

- Я, наверное, знаю, чего боится ваш правитель, женщины.

Скорее всего, она боится, что власть заберут из ее рук, придя сюда новые мужчины, и ей придется слушать их, - я увидела, как она зыркнула на меня, но это было не удивление в ее взгляде. Это значило, что я попала в точку. Мой блеф оказался той правдой, которую боялась открыть, быть может, даже себе, сама Манура. – И ей плевать, что будет с народом, ей все равно, рождаются ли у вас дети, приходится ли вам спать с одними и теми же мужчинами, делать самостоятельно тяжелую работу.